Skip to navigation – Site map
Contemporary Uses of the Second World War in Russia - Article (1)

Амшенская деревня в годы Великой Отечественной войны: без идеологических купюр [Hamshen Villages during the years of the Great Patriotic War : Without Ideological Cut]

Нона Шахназарян / Nona Shakhnazarian, Алефтина Аракелян / Aleftina Arakelian and Светлана Делигевурян / Svetlana Deligevurian

Abstract

The town of Tuapse, on Russia’s Black Sea Coast, has recently been granted the status of “Gorod Voinskoi Slavy” (town of military glory). This pronouncement has created space for public discussion and civic activity regarding the contribution of the Tuapsinskii district (a part of Krasnodarskii Krai) to the war effort, a subject about which there is a lack of academic literature. As official discourse doesn’t indicate the role played by ethnic minorities during the war, the Tuapse Armenian Community (a division of Soiuz Armian Rossii – Union of Armenians of Russia), which represents local Hamshen Armenians, has decided to erect at least three monuments dedicated to Great Patriotic War heroes of Armenian descent: Admiral Isakov of the Gornii village, and three heroes from the Shaumian village – Melkonian, Snoplian, Shalzhiian. With this community activity bringing memories of the war to the forefront, the authors have chosen to draw on the experiences of the actual participants in the war, some of which are still alive and can readily give first-hand information about the situation. The authors have conducted in-depth (biographical) interviews, as well as an analysis of the existing Soviet and post-Soviet literature on the topic. Preliminary review of publications has shown ambivalence or even misrecognition of the contribution of non-Russians groups to the victory over the Nazis. The article focuses on Hamshen Armenian villagers’ everyday life in the context of the 1941-1945 war in order to address the gap in scholarly literature through extracts from the collective memory. The authors apply both history and anthropology and by putting them together transgress the disciplinary borders. The questions this research raises are: Is our understanding of the war effort important to our understanding of the Hamshen community? Do we need to counter mainstream "grand narratives" with local knowledge?

Top of page

Author's notes

NotaBene: Hamshen (adj.) refers to a local division of ethnic Armenians who migrated to the Russian Empire from specific regions of Ottoman Turkey (Eastern Anatolia – Trapizon, Hopa, Rize etc.) before and after 1915. This group has retained its unique dialect and other aspects of culture differentiating it from the larger Armenian community.

Full text

«Дети у меня спрашивают, куда ты хочешь поехать отдохнуть, может, в Египет, Болгарию, Израиль… После той войны вся жизнь с её трудностями всё равно, что отдых. Я бы хотел поехать в Берлин и увидеть, откуда пришёл тот ужас… до сих пор не верится, что мы его победили», Вазген Варваштян

«История является не продуктом прошлого, а ответом на запросы настоящего», Т. Эриксен (T. H.Eriksen, Nationalism and ethnicity, 1993)

1Статья посвящается памяти о Великой Отечественной войне и немецкой оккупации через призму переживших её детей из деревень Туапсинского района Российской Федерации. Цель настоящего исследования - проложить мостик между официальными (как центральными, так и региональными) версиями военных событий в районе и различными пластами коллективной и индивидуальной памяти. Вопросы, поставленные перед исследованием, включают такие: Почему именно сейчас для российского общества в целом, и для армянской общины Туапсе в частности стало важно актуализировать свое участие в величайшем событии века, свою советскую идентичность? Насколько важно осознание вклада в победу в Великой Отечественной войне (ВОВ) для понимания амшенских армян как местных жителей? Следует ли вообще сталкивать лбами официозные/мейнстримные гранд-нарративы с локальным знанием, метасюжеты «битвы за Кавказ» с «негероическими» версиями рутины? Почему именно сейчас память о войне (включая поиски братских могил по всему миру с захоронениями своих близких) вышла на первый план? Почему, в конце концов, спустя более 60 лет люди не просто помнят об этом, но ищут и находят ресурсы, чтобы добыть достоверные сведения?

  • 1 Источниковую и методологическую основу исследования составили интервью с информантами (28), беседы (...)
  • 2 Авторы признают возможные погрешности, по всей вероятности имеющие место в связи с некоторым смешен (...)

2Авторы собрали серию глубинных биографических интервью у детей войны1, с целью отразить репрезентации «реальности» военного времени, отложившиеся в памяти тех, кто ее пережил. С помощью этнографического метода, точнее сказать, глубинных интервью авторы провели беседы с участниками исследования в количестве 28 человек. Ситуации интервью выдались самые разные – они проводились в деревенских домах и городских квартирах, в беседке на огородном участке и на рабочем месте (у стойки гардеробной музея), у постели больных в домашних условиях и в больничной палате. Чаще всего авторы задавали минимальное количество вопросов, требующих открытых, а не «да-нет» ответов, стараясь при этом не сбивать канву рассказа. Нас интересовал «наивный» текст, нарративы о per se опыте, о фрагментах жизни военного времени, запечатлившихся в детском воображении, в памяти2. К некоторым из информантов авторы обращались повторно. Однажды в хуторе Папоротный случился замечательный букет из интервью сразу трех рассказчиков, и авторам пришлось разделиться, чтобы выслушать одновременно всех. Реакция участников исследования на нашу вступительную речь о намерении написать статью про их личные переживания войны воспринималась по-разному, скажем так, с различной степенью энтузиазма, но ни один из них от интервьюирования не отказался (хотя некоторые отказывались говорить под запись на диктофон). Пара-тройка стандартных вопросов чаще всего была: сколько вам было лет, когда началась война? Как вы жили во время войны? Что вам врезалось в память и что хотелось бы рассказать. Другое дело, что почти все участники исследования самостоятельно приходили к теме оценки их вклада, точнее, недооценки этого вклада современным правительством. Другой острый вопрос, чаще всего продвигаемый информантами, касался дискуссий вокруг темы сталинизма. Закрытость российских архивов затрагивалась лишь в связи с трудностями поисков могил своих родных, погибших в войне.

3Важность и неотложность идеи об исследовании памяти, связанной со второй мировой войной, обнаружилась уже в самом начале полевой работы, когда умер один из ключевых информантов (Вазген Варваштян). Спустя меньше года после бесед-интервью скоропостижно скончалась Парандзем Аракелян. Еще годом позже это случилось с Гарабедом Туйляном.

4Так или иначе, задачей авторов стало выяснение и артикуляция того, КАК участники исследования смотрят/смотрели на свое прошлое и КАК они его интерпретировали с точек обзора тогда и сейчас. Подобного рода экспромнтные экскурсы в глубинные регистры памяти на поверку оказались связаны с воспроизводством процессов, связанных с (ре)конструированием региональной и российской идентичности информантов. Первым сигналом к написанию данной статьи стали довольно акцентированно прозвучашие летом 2010 г. претензии лидеров туапсинской армянской общины относительно замалчивания роли советских армян в победе над фашизмом. Тем самым фокусом статьи с самого начала стала память о войне с точки зрения дискурсивных противоречий региональных меньшинств и официальной риторики. Следовало бы оговорить также, что для авторов в ходе исследования трансгрессирование – пересечение дисциплинарных (антропология-социология-история-политология), чтобы не сказать академических, границ обрело принципиальное значение.

Контрверсии: локальный масштаб

  • 3 Например, на конференции в г. Минск, Беларусь, осень 2004 г. (Центр гендерных исследований, ЕГУ), о (...)
  • 4 Эти вопросы обсуждались в 2008 г. на региональной конференции в Волгоградском унивеситете, организо (...)
  • 5 Федеральный закон «О почетном звании РФ «Город воинской славы», подписанный Владимиром Путиным в де (...)
  • 6 . А почему так важно было получить это звание? – Дело не в бонусах, конечно, это совсем небольшие д (...)

5С наступлением благодати под названием свобода слова после распада СССР появились вызовы и стимулы к написанию этнографического текста о переживании ВОВ, об участии в ней национальных меньшинств. В новом политическом пространстве возникли новые дискурсы, как бытовые, так и академические. Бесконечные обсуждения исторических и морально-этических, нравственных вопросов о вкладе народов СССР в борьбу с нацизмом на конференциях и семинарах обнаружили концептуальные перемены в языке, на котором об этих событиях стало модно говорить. Возможно, без всякого умысла, удобства ради, качественно изменилось означение главных акторов. Советские люди вдруг все разом трансформировались в русских, победивших фашизм. Это не могло не вызвать бурного всплеска дисскусий на всех уровнях общества, вызывая явную политизицию этнического3. Надоевшие уже за 70 лет советской власти классово-формационные очки благополучно сменили на этнонациональные с последующим скатыванием в популистский национализм. Наряду с этим возникла беспрецедентная раньше возможность говорить от своего имени, точнее сказать, найти трибуну, рупор, чтобы не просто говорить, но быть услышанными. Локальной истории дали ход и, кроме случая выговориться, это стало мастерской 1) для конструирования отличной от общей региональной идентичности4; 2) для решения задач школьного преподавания и так называемого патриотического воспитания5; 3) для коммерческих целей и развития туризма6.

  • 7 Об этом сообщает ИТАР-ТАСС: Путин назвал пять новых «городов воинской славы» 6 мая 2008. В «Городах (...)
  • 8 Согласно Закону Краснодарского края от 14.12.2006 № 1145-КЗ.
  • 9 Аршак Валерджян, председатель армянской общины (Туапсе 5.07.2010): «Есть проблема. Когда освещают с (...)
  • 10 . Амшенские армяне – локальное подразделение этнических армян, переселившихся на территорию Российс (...)
  • 11 Буквально в переводе с арм. «камень-крест», один из самых мощных символов армянской культуры и иден (...)

6В последний рабочий день на посту президента Владимир Путин вручил грамоты «Городов воинской славы» представителям Воронежа, Полярного (Мурманская область), Луги (Ленинградская область), Ростова-на-Дону и Туапсе (Краснодарский край)7. 21 декабря(официальный день завершения Туапсинской оборонительной операции в 1942) был объявлен властями8 знаменательной датой для города Туапсе - День освобождения Туапсинского района от немецких оккупантов. Эти события вызвали бурю эмоциональных откликов, публичных прений и гражданской активности в причерноморском городке Туапсе. Споры шли вокруг того, что после войны вклад туапсинцев не нашел должной глорификации и почти замалчивался по идеологической причине, потому что был оттенен другим черноморским портом Новороссийском с его «раструбленными» подвигами на Малой Земле с участием генсека Л.И. Брежнева. Однако даже после того, как идеологические путы были сняты, представители этнических меньшинств очертили круг своих претензий. «Среди шести героев ВОВ, уроженцев Туапсинского района из местных туапсинцев насчитали троих этнических армян, двоих черкессов/адыгов и одного русского» - сетовал тогдашний председатель армянской общины г. Туапсе. Но и это оказалось недостаточным поводом, чтобы дать активистам слово на посвященной ВОВ научно-практической конференции 9 мая 2010 г.9 Такое нежелание официальных структур обозначить, проговорить роль этнических меньшинств в ВОВ вызвало реакцию со стороны армянской общины, представленной, в основном, наиболее давними жителями края и района - амшенскими армянами10. Как реакция на это, активисты армянской общины Туапсе (местное отделение Союза армян России - САР) приняли решение установить своими силами три памятника, воплощающих героическое участие армян в ВОВ: первый – памятная стела адмиралу Ивану С. Исакову и всем морякам вблизи поселка Горный; второй памятник, посвященный трем героям села Шаумян – Андронику Мелконяну, Амаяку Снопляну и Миграну Шалжияну, - установят на въезде в с. Шаумян; и третий памятник в виде армянского хачкара11 армянская община Туапсе собирается подарить городу в память обо всех погибших в ту войну (вопрос о том, примет ли подарок муниципальная власть, пока остается открытым).

Исторический контекст. Битва за Кавказ (1942-1943)

7В глобальных планах Германии Кавказ был лишь транзитным пунктом, воротами на Восток. Мечты А. Гитлера и его ставки о «молниеносной» войне провалились на южном направлении – докладывало Совинформбюро (хотя многие эксперты считают, что осуществлению блиц-крига чаще мешали не столько хорошая организация военных маневров, сколько случайные факторы, такие как суровые погодные условия, ошибки и недочеты немецкого командования).

8Во второй половине сентября генштаб сухопутных войск Германии разработал наступательную операцию «Аттика», конечной целью которой был прорыв к берегу Черного моря в район Туапсе. 23 августа 1942 г. приказом Ставки создается Туапсинский оборонительный район и начинается Туапсинская оборонительная операция (ТОП).

9Оценивая трудности кавказского театра военных действий А.А. Гречко писал: «Среди важнейших событий Великой Отечественной войны видное место занимает битва за Кавказ. Боевые действия между Черным и Каспийским морями продолжались около 15 месяцев и вошли в историю советского военного искусства как сложный комплекс оборонительных и наступательных операций. В битве за Кавказ принимали участие сухопутные войска, силы Черноморского флота, Азовской и Каспийской военных флотилий, авиация, партизаны. Советским войскам пришлось действовать в бескрайних степях, форсировать реки, вести бои на море и в воздухе, в лесах и горах»12.

Фрагменты13 репрезентаций

Повседневность военного времени

  • 14 Один из образцов «наивного» общения с властью присьмо сельского учителя И. Сталину: Многие знали, п (...)
  • 15 В этом мы убедились также, имея дело с воспомнаниями о военном детстве людей, переживших более позд (...)

10Многочисленные интервью с самыми разными современниками ВОВ отразили всю живость неидеологизированного суждения в сравнении с сухим, выхолощенным языком официального дискурса в стиле сводок От советского информбюро14. Стальной, чеканный голос Левитана был символом предполагаемой триумфальности и героики, одновременно отражая суровый дух того времени. Как уже отмечалось, в фокусе нашего внимания оказались люди, чье детство пришлось на время второй мировой войны, и их язык сильно отличается по форме и содержанию. В очередной раз подтвердилось, что, воспоминания взрослых о детстве – это совершенно особая категория «опыта»15. Самое удивительное, что в их памяти, как часто бывает, запечатлевается навсегда то, чему взрослые, как правило, значения не придают, или почему-то именно эти факты не задерживаются в памяти взрослых. Тем не менее, интервью с ними, даже с позиции их взрослости и гордости за то, что сумели выжить, оказалось делом нелегким. Прошлое ворошить не хочется. Кто слушает – интересно, а кто в этом пекле варился... - неинтересно (Капрел Делигевурян). Высокий эмоциональный накал и переживания рассказчиков отразились в горьком признании гойтхского пенсионера: Сколько г...о не мешай, приятного запаха не будет. Нечего ворошить... (Туйлян Гарапет). И все же, несмотря на эти оговорки, ощущалось и другое чувство – благодарности за внимание к себе и событиям того времени, за признание. Старый я уже стал, голова не работает, мысли друг на друга лезут. Хочется больше вспомнить… (Каракян Пайлаг).

  • 16 Они таковы, что несколько подразделений заблудились в лесу: «Командир полка Грачев отдал приказ выб (...)
  • 17 «В боевых действиях, не имея фронтового опыта вообще, опыта боев в горах в частности, наши воины пр (...)
  • 18 Георгий Баладян рассказал историю Языджян Гарабета, который скрывался в лесу со времен Гражданской (...)

11Хлеб насущный. Лес (пишем с большой буквы). Трофеи. Самые весомые информационные пласты в ходе интервью обнаружились при описаниях повседневного выживания и поисков хлеба насущного, что, в свою очередь, было неотделимо от географических особенностей района. Особенности ландшафта были отмечены и туапсинским историком Э. И. Пятигорским16. Из политдонесения политотдела 408 стрелковой дивизии мы также узнаём, что «резко пересеченная горно-лесистая местность требует особую сноровку, умение ориентироваться на местности, владеть личным оружием и грамотно действовать»17. По свидетельствам информантов, в прибрежных горах и лесах иногда пропадали даже сами местные. Кто замерзли по дороге возле балаган (шалаш) овец. Должны были пройти до Хадыженской Щели, но заблудились... и женщина с детьми умерли... (Айкануш Делигевурян). Тем не менее, люди понимали и понимают, что именно ландшафтно-климатические условия часто спасали ситуацию. Лес представлял собой особую реальность, своеобразные условия, множественность опций – он мог быть местом укрытия, где можно было пересидеть смутные времена18; лес был местом нескончаемой опасности, потому что поведение животных и птиц могло выдавать присутствие в нем людей (например, следы на снегу или предательское пение птички сойки): У нас в селе был пленный грузин, чаландаром был (кто на лошади груз тащит, ну кони с подводой), а бежать этот грузин не мог, местности не знал (Агоп Касумян); он мог служить временным жильем, убежищем: Там каштанный лес, подобие пещеры – там жили... (Агоп Касумян); наконец, он был кормильцем: Голод был большой, но от голода никто не умер, потому что лес выручал. Там кислица есть, груша, кизил, чинар (бук то есть – дает такие как семечки треугольные, очень жирные), каштан много есть... (Капрел Делигевурян). Немцы питали к лесу настороженное отношение, избегая «близкого знакомства», если можно было его избежать.

  • 19 Парталян Вачик Абрамович 1927 г.р., Армянский р-н село Кушинка. Интервью от 30 мая 2011, с. Мессожа (...)

12Житель с. Мессожай В. Парталян вспоминает19: Семью свою отправил в [село] Шаумян. Начал сотрудничать с партизанами, которые узнали про меня и про мои дела. Как-то схватили меня. Я знал, что меня расстреляют. Немцы меня вели около Красного моста, около речки. Я от них оторвался и начал убегать. В лес немцы за мной не побежали... Дано наверно было жить мне. А я же ж там был ранен в руку, но не сильно, до сих пор могу водить машину. Потом меня партизаны с Черниговского района проводили в Шаумян...

  • 20 «В июле 1942 г. Туапсе на несколько месяцев становится «столицей» Черноморского флота, а потом и па (...)

13На фоне спешных эвакуаций «приоритетных» групп населения (партийный актив и другие привелигированные группы советского общества)20 местное население ощущало себя брошенным на произвол случая, и люди вынуждены были «позаботиться о себе сами», спасаясь «кто как мог». Семья была большая – сестра 1924 г., брат 26 года, еще сестра 30 года и я 34, маленький сестра 38 года – 4 года ей было. Мы в Гунайке немного пожили, и немцы нас выгнали с села – смотрели, что передовое село... Через темный ельник мы пошли в лес – недели две пожили, оттуда нас выгнали. Мы пошли... - водолечебница называется, не доходя до Хадыжей – оттуда нас тоже выгнали немцы... Я из села 4-я Гунайка – рассказывает Делигевурян Капрел - 8 лет мне было во время войны. В 1942 [война] к нам попал. В сентябре месяце немцы бомбили нас. Две недели и больше мы жили в лесу. Во время бомбежки наши солдаты ушли из села: не было никого – ни немцев, ни наших, только местные жители. Касумян Агоп из хутора Папоротный подтверждает - Семьи прятались в каштаннике...

14Микроэкономика войны. В селах развивалась своя местечковая микроэкономика, основанная на своих сиюминутных интересах: Тогда как? у нас же авиация был слабый. У нас был разведсамолет «рама», так и назывался – летал, все фотографировал. И значит, вдруг появились наши две стребители и начали атаковаться. У нас есть гора Гейман... Рама был такой, да... Немецкий наши самолеты атаковали сверху, и рама упала за гору Геймана. А мы видим полосу дыма – думали дорогу шоссейную делают. Потом он рухнул, потом увидели черное пятно. А там поляны нет, летчик на дерево спикировал. Он был весь обгоревший. Думали тут у нас немцы, а то приземлились бы. Районный центр Армянский – Шаумян. Вот мы туда сдавали в магазины аллюминий, они принимали – 20 или 25 копеек за один килограмм. Нашли этот обгоревший самолет – бронь в самолете была алюминиевая. У него баки были... (неразборчиво). Притащили на плечах. Мне было так 10-11 лет. Надо было собрать и за килограмм 25 платили. Тащили на плечах через лес, километров 8-10. В это ж ночь пришлось нам там в дороге ночевать, потому что пока с Геймана сюда спустились – а там же дорога нету, там тропа, понимаешь. Вот идешь, а в лесу еще темнее, чем в поляне, там ничего не видно.... Потеряли и всё. А куда денешься? Искали, искали – дорога нету, все, исчез с поле зрения. Вот там, значит, костер сделали втроем – Етумян Мнац, Маргосян Самвел и я – трое были. Переночевали и утром пошли. А что делать, надо было ходить, менять, хоть заработать что-то... Другой источник не было, а что делать? Там конфеты возмешь, что-то другое возмешь [на вырученные деньги]... (Капрел Делигевурян).

15Эти обмены стали очень важной статьей «дохода», а значит и выживания. О подобных экономических мини-акциях, народных инициативах рассказвали практически все информанты. Ходили, деточка, пешком на Кубань... меняли, что им надо на то что нам надо. Жить надо было... (Парандзем Аракелян).

16Продавали, на хлеб меняли [трофеи]: сапоги, плащ-палатки, брезент, баклашка, котелок – то что находили и можно было продавать – на Кубань пешком ходили и все это меняли, продавали. Мосты были разрушены. Самих же пленных и заставили все делать, восстанавливать потом... (Капрел Делигевурян).

  • 21 Пайлаг Каракян тоже сакцентировал свое внимание на сочувствии к животным, назвав нижеприведенный эп (...)
  • 22 «Издан приказ о сборе теплых вещей, но вещи еще не собирались. Население, большинство, теплые вещи (...)

17Большинство из рассказчиков подолгу описывали то, как трудно было найти и сохранить еду, особенно во время бомбовых обстрелов с воздуха. На вопрос как еда добывалась, следовали ответы: ...картошку, кукурузу, в с.Гойтх была мельница, туда ходили. Когда начался обстрел с воздуха, очень много животных было ранено. Мы прятались в землянках. А они, бедные животные, прятаться не умели... Свиньи, куры некоторые были убиты21. Всей семьёй быстро их чистили, всё мясо съесть было невозможно, поэтому делали кавурму, сушили мясо, про запас. Но всё это потом немцы забрали... (Агоп Касумян). Одевались?... – то, что трофей остался от немцев – из парашютов делали платья. А русские сами голые ходили... (Капрел Делигевурян)22.

18Парандзем Аракелян рассказывала о своих бесконечных передвижениях на крыше поездов в поисках более отдаленных от Туапсе мест, где люди имели в наличии продукты, которые она и ее сверстники хотели обменять на найденные в лесу «трофеи». Эти рискованные практики однажды закончились тем, что она проехала свою станцию и не успела спрыгнуть с поезда. Приходилось кататься долго, пока товарный вагон не вернулся на мой станция…

19Военная ситуация часто могла меняться то в пользу одних, то в пользу других, а люди при этом сидели в лесу в неведении, в подвешенном состоянии. Я все помню, в 42-м мне 10 лет было. Мы в лесу были, а потом наши солдаты сказали, что Перевальная уже взяли. Ну, немцы уже взяли. Не знали, что делать, что думать. А потом тетя начал гадать. Смотрит, ой плохо, чё-то карты начал плохо показывать (Парандзем Аракелян).

20Иногда по нескольку раз в неделю [село] Гойтх и [хутор] Папоротный переходили из рук немцев в руки наших (Вазген Варваштян). Поэтому прямо противоречивые, как казалось, сообщения поступали непосредственно друг за другом. Дом у нас был рубленый, двухэтажный. Наши пришли и с этого дома нас выселили, сказали, будет учительская (Капрел Делигевурян). И тут же: Немцы выгнали нас с нашего дома, чтобы разместить свой штаб...(Капрел Делигевурян). И в конце концов: После всего этого опять вернулись в село 4-я Гунайка – а там не то что разрушено, а стерто с лица земли... (Капрел Делигевурян).

21Второй день пришел брат Арут. Говорит, давай пойдем за трофеями... хотели перейти через реку и собрать трофеи. Страшно было. Собрали и вернулись. Трофеи (смеётся) – это консервы немецкие (Агоп Касумян). Примерно так выглядели структуры самоорганизации людей в ситуации, когда они были предоставлены сами себе, или в условиях многократной смены «власти».

22Социальные сети, родство, кланововсть, судя по всему, легли в основу выживания, работая еще более отлаженно в условиях форс-мажорной ситуации войны. Информанты, ни на минуту не ставя под сомнение эффективность родственной солидарности, рассказывали о «родственной» логике своих опасных маршрутов, конечной целью которых были места проживания близких и дальних родственников, где они действительно находили приют. Из села Гойтха и Алтубинал (немцы не могли их брать)... И тогда мы отправились в Хадыжи и оттуда должны были поехать в село Матвеевка в Белоречке - там тетя. Там и Дедукчян Авет жил. Попали до Белореченской. Вот пошли мы к ним, там немного пожили. Отец там умер от дизентерии в 63 года, там и похоронили. ...Пришли в Матвеевку. Село небольшое было – одна улица и все дома с одной стороны – справа. Тетя сказала, что там один дом пустует – переходите туда жить. А это был казачий атамана дом. Там посреди комнаты круглая печь – дров нет, чтоб затопить, и есть что-то надо. Кухня была, а спать-то где-то надо... (Капрел Делигевурян). Родственные сети срабатывали в самые разные периоды войны. Однако, добраться до родни было лишь одним этапом мытарств и борьбы с лишениями. Дальше наступал другой этап не менее сложных испытаний, которые они стоически преодолевали. Особенно острыми рисовались тяготы, связанные с добыванием элементарного для жизни – еды, тепла и одежды. Как жили? Милости просили – заплакал Капрел Делигевурян – давали что-то, знали, что приезжие. Мы ходили в село Андреевка, в 2-3 раза больше. Мы с сестрой выгадали то, что если давали хлеб (могли сразу кушать), пшеницу, кукурузу – двойной порцию получали (уже дома). Зима холодная была – по тропе идешь и не видно нас, снега столько... Вернулись, а дом сгорел (Делигевурян Капрел). Парандзем Аракелян вторит ему: Как жили, если это жизнь называется... В Калинине, Апшеронка, по дворам ходили, просили...

23Однако ситуация всеобщего бедствия, кроме родственных и этнических социальных сетей, продвигала солидарности и другого типа – на основе общечеловеческих ценностей. Часто не имело значения ни родство, ни этничность. Я ещё очень хорошо помню, как одна женщина взяла нас (меня и сестёр) к себе... Ну там в Боёфе в каждом доме немцы жили, ну и мы пошли к этой женщине. У неё уже было человек 8 наших детей в доме, а она к каждому относилась как к родному. Всем всё поровну. А потом нас стало уже 12 детей. Вот эта женщина за нами ухаживала. [...] Столько лет прошло, а я слышу её голос и до сих пор помню. Где-то в конце 50-х я эту женщину нашёл, приехал к ней в гости, поблагодарить за всё. Звали ее Гоар, специально ж после армии к ней ездил, ну идеальная была женщина (Геворг Валерджян).

24Оккупационный режим: такие разные «немцы». Встречная экзотизация. Второй, наиболее крупный пласт информации обнаружил себя при описании взамоотношений с «немцами». Следует отметить, что на территории Туапсинского района в составе немецкой армии воевали также батальоны румын и чехов, и некоторые из информантов это вполне осознавали. Многие из них были румыны, говороли, что и чехи были. Не знаю, я был юношей, и для меня они были немцы-фашисты (Агоп Касумян). Практически все без исключения информанты верили в особое отношение Гитлера и соответственно немцев к кавказским народам: Гитлер сказал, что кавказский народ не трогайте, кавказский народ – мститель, они всё делают. Вот за это нас не трогали (Аракелян Парандзем).

  • 23 Хачатурян Андрей Овсепович 1925 г. р., с. Островская Щель. Интервью от 15 мая 2011, станция Гойтх.

25Судя по воспоминаниям информантов, немцы, в свою очередь, тоже вызывали экзотический интерес у местных. Мы в лесу были, а нам сказали, что Перевальный уже взяли немцы. Мы испугались, а как бабушки, она там осталась. Тольки подошли уже наше село... «Стойте!» не стояли мы. Видели, наши солдаты. Попались. - «Вы куда?» - «В село, там наша бабушка... Говорят, там немцы. Пойдем, хоть посмотрим какие они». Они говорят: «Не ходите! [Обращаясь к взрослым] Зачем дети пускаете?» мы прошли линию фронта, дети (Парандзем Аракелян). Во время войны находился в родном селе (станция Гойтх). Немцы в село не заходили, поэтому я их видел только, когда они попадали в плен. Интересные... (Хачатурян Андрей). Немцы были больше всего в Черниговской... (населенный пункт в Армянском районе - авторы) 23.

26Характеристики отдельных немцев в устах детей/нарраторов обнаружили весь спектр нравственно-моральных оценок – от человечных, чувствительных, чутких и добрых до очень жестоких, наглых и издевающихся. Их доброе обращение с местными жителями глубоко запало в память детей тех лет, даже самых маленьких. Всего один день были у нас немцы в хуторе, в Папоротном. Моего двухлетнего брата забрали две женщины в немецкой форме, к себе в лагерь за речку. Мы думали, что больше его не увидим. Но через несколько часов его принесли обратно, и за пазухой у него было полно конфет (Мигран Аракелян, 1936 г.р.). Делигевурян Айкануш было тогда четыре годика, и это ее единственное воспоминание об оккупации: А я была маленькая и не могла идти, и немец кое-как объяснил, что у него тоже лялька, и он дал мне хлеб с маслом (Делигевурян Айкануш, 4-я Гунайка). Ее муж Капрел, который был чуть постарше (восьми лет), дополняет ее: Около базара в Хадыжах мы «голосовали» и одна немецкая машина взял нас и довез до ж/д станции. Нас было человек 15. [...] Был врач здесь, Антон, чех – помогали и нашим без слов. У них лекарства было, более-менее (Делигевурян Капрел).

  • 24 В 43 году мать привезла из Сочи три конфетки (нас было три тогда, одна сестричка умерла с голоду). (...)

27 Учитывая экономическую и продовольственную ситуацию в СССР24, неудивительно, что детям запомнились незнакомые лакомства, которыми их угощали немцы и о которых они упоительно подробно рассказывали. В этом смысле немцы были проводниками кулинарных новшеств. У немцев были хорошие пайки, шоколад, ну и некоторые из них давали нам что-то из своих пайков. Я тогда впервые в жизни попробовал шоколад. Во второй раз я ел его где-то в 1956 году… (Вазген Варваштян,1933 г. р., Гойтх). Геворгу Валерджяну и его сестренке запомнилось немецкое печенье: А вот я ещё помню, жили в Нефтегорске 3-4 месяца, а у деда в доме в соседней комнате жил немецкий портной, он нас жалел, вроде, давал нам пряники, печенье из какой-то сигаретницы. Вот так нажмёт (показывает), а оттуда печенье выходит. Мы ели это печенье, вкусное такое (Валерджян Геворг). Зато вареный каштан немцам не понравился (Касумян Агоп, Папоротный). Неудивительно, что гастрономические изыски из Европы так плотно засели в головах детей: Голод был. За макуху (пресованная кожураот семечек) моя мать золотое кольцо отдавала (Геворг Валерджян).

28В памяти детей того времени немцы некоторых оккупированных пунктов, например в Гойтхе, остались как вполне сговорчивые люди: Женщины в комендатуре многого добивались – им выделили поезд товарный, и мы поехали в Ерик… (Агоп Касумян). Обратные стереотипы немцев о местных жителях, сконструированные и пропущенные через призму самих рассказчиков, прозвучали так: У нас дома стеллаж был и они туда хлеб ложили. У немцев, видишь, у них паек был железный. Что положено – масло, шоколад и все – они все получали. То, что они на этот стеллаж ложили продукты и удивлялись, что не пропадало, не воровали. А если б в Украине было... (Капрел Делигевурян). Один офицер отдавал нам старый хлеб - они его не могли, наверно, весь съесть (Агоп Касумян). Такого рода амбивалентность в оценках выражали и другие пропоненты: Например, у нас дома жили немцы. Нас выгнали с нашего дома, и мы жили в коровнике на первом этаже. Один немец заставил мать помыть его обуви, а другой его поругал – старая женщина будет мыть тебе обувь? (Капрел Делигевурян). …Но голод же был... Так вот, немцы для голодных раздавали бесплатный суп в Нефтегорске на кухне там в центре, так вот я и моя сестра несколько раз вставали в очередь. Один немец с черпаком это заметил и как размахнётся этим черпаком на мою сестру...! Откудова появился отец и, ну, схватил немца руку. Я это прям щас вот вижу (Геворг Валерджян).

29Немец, немец, [от]пусти хаз! Чаще всего немецкие оккупанты отражались в рассказах в двух ипостасях – немцы, отдающие свою еду и немцы, отбирающие ее. Теперь о немцах. Когда они пришли на нашу землю, ужасно холодная, морозная, снежная зима была. Такой холод, что задницы себе немцы поотморозили (амш арм: Amun tsuidmy ger or oreinal baghetson). Провизия у немцев, конечно, была неплохая, но так как подвоз вовремя не обеспечивался, то немецкие офицеры начали хитрить и выманивать у населения скот, птицу. Сначала было вроде бы как добровольное - сдача продуктов за деньги, а потом принудительно (Пайлаг Каракян).

30Геворгу Валерджяну было 6 лет, когда его с сестрой в хуторе Боёф (русское название Червяково) подобрала и приютила у себя упомянутая выше женщина, Гоар (всего 12 детей). Потом, этот, был у неё один гусь, ну, один он у нее остался... и она его взяла домой, ну в доме жил, берегла она его. Один раз, значит, немец хотел забрать этот гусь, а гусь тоже злой был наверно на немца, начал кусать его – немца. А женщина схватилась за гусь и кричит стихами: Немец, немец, пусти хаз (амш. гусь), Русский тебя даснанкам хас (амш. - в десять раз лучше). Бесконечные истории со скотом, на который немцы часто имели виды, вплетаются в канву рассказов о хитростях со стороны немцев (с целью овладеть скотом) и со стороны местных жителей (желавших сохранить скотину любой ценой). На Гунайке [немцы] просто отбирали скот, а в Гойтхе предлагали деньги – это я помню, что немцы разные были... Единственное, что помню, уже когда туда перегоняли коров [из Гунайки в Гойтх] (Айкануш Делигевурян 4-я Гунайка). Скот для местных жителей был основой их жизнеобеспечения, хоть какой-то надеждой на спасение, и они держались за него что есть мочи. А немцы спрашивали мама: а это буйвол можно кушать? Буйвол видели наверно – черный, большой, страшный такой? – вот так шлепали: а вот это мясо можно кушать? Мать говорит – Не-е-е-т! Так наш буйвол живой остался. Они, конечно, потом понимали. Мать говорит, давай спрячем буйвол, мы пропадем без него... и как немножко темнело – пошли Калинин колхоз и там уже спрятали его. Дед идет в лесу траву-мраву собирает, чтоб кормить его – молоко жирный такой... (Парандзем Аракелян).

31Ценность коровы можно измерить с помощью рассказа Асанет Маргосян о сделке, совершенной ее отцом: Отец за корову купил дом у греков, которые уезжали в Грецию. Они зарезали корову, высушили мясо и с собой в дорогу взяли. Эпопея со скотом принимала иногда траги-комический оборот. Сначала – дня два- три нас вообще не трогали - ни скот, ни кур, ни пшеницу, ни кукурузу… А через несколько дней нам сказали, что здесь линия фронта, и нам надо уходить через горы в сторону Хадыженска. И чтобы не брать с собой скот, то лучше его здесь продать. Немцы предлагали за корову в [хуторе] Папоротном 12 рублей, и по их словам, за эти деньги в Хадыженске можно было купить две-три коровы. Моя мама - Огида Варваштян (Боджян ее девичья фамилия была, 1912 года) - узнала, что в Гойтхе корову можно продать за 16 рублей. Рано утром, чтобы немцы не увидели, мама корову отвела в Гойтх, продала её там. Когда немецкий офицер пришёл за коровой, мать сказала, что она продала её в Гойтхе тоже немцам. Офицер схватил маму за волосы, трепал её, ругался, говорил что-то. А я впервые в жизни испугался за маму, за себя, брата и двух маленьких сестёр. Потом, когда мы дошли до Хадыженска ни эти 16 рублей, ни тот скудный скарб, который мы взяли с собой не имели ценности. Конечно, никакой коровы на эти деньги купить было нельзя - буханка хлеба стоила намного дороже. Деньги превратились в бумажки… Но мама верила тогда офицеру, а предпринимательская жилка у неё была, поэтому она так вот, решила не прогадать - «заработала» ещё целых четыре рубля. Хотя риск это был большой... (Вазген Варваштян).

32 Парандзем Аракелян говорила о покупке козы в войну с бесконечно блаженным видом: Деньги за отца получали, за то, что на фронте. В 43 году мы козу купили. Она жила с нами...

33 По окончании войны значение наличия скотины в хозяйстве вряд ли хоть на йоту спало. Из троих моих старших братьев ушедших на войну, двое не вернулись. В 1944-1948 гг. был страшный голод, в лесу - мины, земля не родит, из скота ничего нет. Ужас... И вот в 1944 году к нам приходит письмо... «Вам назначено единовременное пособие на погибшего Касумян Согомона Абрамовича, погибшего в Воронеже (похороненого там-же). На эти деньги мы купили корову, и голод прошёл мимо нашего дома (Агоп Касумян).

34 Нас не стеснялись! ...За людей не считали. Особенно часто информанты рассказывали о поведении немцев в быту. Именно эта часть жизни обнаруживала острые противоречия, возможно, культурного свойства. Особенно расстраивало и возмущало информантов то, что многие из них выразили вербально в форме «немцы нас за людей не считали...» ...Уже дня через 3-4 после начала оккупации немцы стали вести себя как хозяева... нет, людей не трогали, но всё, что могли или им было нужно, они брали без спроса. Местное население не уважали и могли даже оправлять нужду в нашем присутствии, сняв штаны и выставив задницы. Я ребёнком был – смешно мне было и наверно интересно. Я показывал на них пальцем и веселился. Для женщин это был стыд, срам и огромное неуважение. Когда женщины отворачивались в такие моменты, немцы грубо смеялись (Вазген Варваштян). Они нас за людей не считали... мы на привале едим, они тут же оправляются и прочие вещи... (Геворг Валерджян).

  • 25 Однако одному из авторов встречался анекдот из разряда «черный юмор», который мог бы оспаривать так (...)

35Гендерная тема на войне нашла отражение в противоречивых высказываниях. На вопрос о возможном грубом обращении с женщинами, Асанет Касумян пожала плечами: может и было что, да я не знаю (Касумян Асанет 1938 г. р., пос. Папоротный), в то время как Сирануш Варваштян часто рассказывала своим детям, что молодых девушек прятали – и от немцев и от своих – в подвалах, чтоб на глаза не попадались... Всякое было – война... (Сирануш Варваштян, 1931 г.р., Гойтх). Немцы издевались, мать грозились пристрелить, если не перестанет плакать – позвал спать... (Пайтзар Тулян, 1926 г.р. с. Черниговская, Апшеронский р-н). Пошла девушка в туалет, а немецкий солдат за ней. На шум мать побежала туда и отбила свою дочь от немца... Нет, не было женщин, чтоб родили от немцев25.

  • 26 Свидетельство не совпадает с историческими событиями.

36 Наряду с этим, временами проскальзывали и нотки восхищения. Например, в связи с тем как немецкое командование относилось к смерти каждого своего солдата, к его правам быть похороненными на родине в Германии. Под Хадыжами, не доезжая, Тра(ва)лево – там в этой поляне было кладбище немецкий: не копали глубоко, только полметра копали. Считали, что скоро война закончится, и они своих немцев заберут в Германию. У меня на памяти генерал Ланц. Запомнился... У него была мечта: увидеть море, но он не смог, слава Богу - убили его. Здешние немцы держали даже траур по Ланцу (Агоп Касумян)26. Геворг Валерджян: Немцы своих не оставляли... Это особенно контрастирует с рассказами о том, что только редких советских солдат удавалось похоронить. Самое страшное мое воспоминание - как мы с мамой и папой вернулись домой из Боефа (это по-армянски, а по-русски Червяково) и шли к нашему дому по телам... (Геворг Валерджян). После войны разразился тиф, из-за незахороненных трупов – немцев и наших (Парандзем Аракелян).

37 Иногда отношения между немцами и местными выглядели как сочувственные: Немцы нам сказали – уходите, урус придет и будут бомбить (Асанет Маргосян). Немцы нам подсказывали... (Парандзем Аракелян)

  • 27 Специалисты считают, что амброзия наряду с колорадским жуком, появились в крае в 1960-е гг.

38Чтобы немцы убрались с моей земли... Но все же рассказы о, порой, иррациональной жестокости оккупантов высказывались в не менее, если не в более, значительном объеме. Когда немцы уходили, оставляли в лесу игрушки – дети подходили и взрывались... (Агоп Касумян). Это выражение может служить не только типичным примером военной легенды о жестокости врага, но также яркой иллюстрацией того как тесно переплетаются «индивидуальная» и «коллективная» памяти. Тем не менее, намерения со стороны Германии воспринимались как война на уничтожение. Большинство информантов, транслируя еще один миф, говорили о том, что немцы с самолетов разбрасывали семена амброзии, и с тех пор она отравляет жизнь людям во всем крае, вызывая аллергические реакции. Эти данные не подтвердились27, хотя говорили это очень убежденно.

39Немцы сказали «Мы тут долго будем». Гоняли нас туда-сюда. Одна женщина из нашего села, толстая такая, болела, сказала (своему мужу) – дед, давай здесь останемся, под домом копаем и будем жить. Ага...! Какой...! Немец ногой ударил – она упал. Потом кнутом. Первый раз как я видел, как я немцев ненавидел. Но они высокий, красивые, так одеты... (Парандзем Аракелян). Ситуации господства и подчинения, остро переживаемые детьми, отразили процесс становления в конечном итоге ненависти к немцам как к «незванным гостям», поработителям. Иду по селу, вижу, немец стоит, протянул ногу в грязном сапоге, а красноармеец, нагнувшись, чистит сапог. Я был ребёнком, но мне было так обидно за нашего солдата. Именно тогда я почувствовал такое сильное желание, чтобы мы скорее победили. Чтобы они со своими грязными ботинками убрались с моей земли. Я свято верил, что так оно и будет (Вазген Варваштян). Моя сестра плакала – я не буду для немцев картошку чистить, кто они такие... бросила ведра и побежала через лес (Асанет Маргосян 1938 г. р.).

40Как не видел немцев, даже немец гонялся за нами (пацаны дразнили или что делали). Через пенждере (навозное окошко) в хлеву мы с Володом убежали, а немец не пролез (Капрел Делигевурян).

41Я даже воздушный бой помню. Где-то над горами кружат наши и немецкие самолёты, а мы - дети и местные взрослые, немецкие солдаты наблюдали с села за боем. Немцы хлопали, когда наши самолёты сбивали, а когда сбивали «мессер», мы радости не показывали, но наши глаза, наверно, светились, а немцы начинали на нас кричать и прогонять (Агоп Касумян).

42Забегая вперед, следует сказать, что даже после войны немцы продолжали оставаться для местных экзотичными, не до конца понятыми Другими. Их упрямый педантизм в быту все еще вызывал восхищение, несмотря на новую роль, в которой они выступали - немецких военнопленных. Война кончился и немцев в этой поляне заставили построить деревообрабатывающий комбинат. А за речкой там уже бараки построили, ну они уже там жили как пленные: восстанавливали, пилили, обрабатывали лесоматериалы. Железная дорога был весь взорванный – немцы взрывали. Надо было весь полотно заменить. Немцы нашу широкую колею заменяли на узкую. На мостах скаты меняли... Было так: после войны пленных отдают, меняют, а раз Германия проиграла, то с них и брать нечего. Сталин сказал: «Чем быстрее восстановите то, что разрушили, тем скорее уедете» (Капрел Делигевурян). Рассказывали, что в местах совместных работ, где трудились смешанно немцы и советские люди, первых можно было безошибочно узнать по тому, как они шли за версту мыть руки перед едой.

  • 28 Интересен тот факт, что у некоторых информантов немцы идентифицировались с турками. Объяснить это м (...)

43Перегон. Согласно воспоминаниям информантов, большинство жестокостей исходили от немцев во время всевозможных передвижений, сложносплетенных переходов из одной местности в другую. Точную цель этих перегонов информанты не знают. Немцы сказали, если в лесу найдут, детей даже, – как партизан убьют – это немцы сказали. Пусть придут домой, а мы их не трогаем, дадим то-другое. Обманули. Они не только нам, детей, - всех трогали. Все приходили домой из леса, думали, нас не будут трогать ... Два дня - третий день они собрание делали, эти турки28, что завтра утром все чтобы были здесь – это в Казарма был, хутор Перевальный. Собирались. Сказали, мы вам дадим двое, чтобы вам не трогали, а мы туда дальше... Здрасьте! Не трогали. Как не трогали? Гоняли как скотины. Дождь, град – остановка не было. И всем гоняли. Если не сможешь, кнутом бьют... (Парандзем Аракелян).

44Один из наиболее острых по эмоциональности и интенсивности сосредоточенного в нем ужаса нарративных пластов – описание тех переходов, в любую секунду грозивших стать турбулентными. Кромешный хаос мог сменить с таким трудом налаженный немцами «порядок» в любую следующую минуту. Отсюда крайняя нервозность немецких солдат и офицеров, усугублявшаяся ощущением вездесущего присутствия партизан. Часто во время этих переходов немцы конвоировали самые разношерстные группы людей. Например, местных жителей, пленных красноармейцев и подозреваемых в вовлеченности в партизанское движение. По узким лесным тропам они шли бок о бок друг с другом, разделенные посередине отрядами немцев. В такой ситуации предельного напряжения любое неосторожное движение могло привести к тяжелым последствиям. Во время одного из таких переходов сестренка шестилетнего Геворга зазевалась: Моя сестра дважды палкой по спине получила от офицера. [...] За то, что мальчик сошел с тропинки – наказали, 30 раз секли (Геворг Валерджян).

45Ближе к Режету мы подходили. Одна женщина была с маленьким ребёнком, и когда осколки полетели от взрыва, вот, тоже осколком убило её ребёнка. Она держала его в это время, маленький совсем. Осколок попал в ребенок, и осколком убило её ребенка. Ребёнок был мёртв. И вот она пошла. А мать ей кричит, что бросай ребёнка, зачем тебе мертвый ребёнок... он уже мёртв, понимаешь? Она ничего не слышит и всё равно идёт, ребёнка не бросает. Потом немец увидел это, взял ребёнка и выкинул в снег туда, а она тоже не стала идти и тоже к ребёнку. И немец застрелил её тоже... (Геворг Валерджян).

46Один из начитанных информантов сравнивал эти немецкие перегоны с османскими массовыми депортациями армян через пустыню Тер-эль-Зор в первую мировую войну. Не случайно наверно союзники всегда были. Только что женщин по пути не насиловали... – прочертил он разницу.

47И вот мы идем, до Режета еще не дошли, вот так вот, дорога уже транспортная, дорога. Вроде это полянки были там, и вот так вот с этой стороны идут сельчане, а с этой стороны дороги идут пленные солдаты наши. Очень много пленных, и идут они вот так шеренгой. А по центру идут немцы... идут верхом, сопровождают нас туда. И вот так со стороны Туапсе, вот, наверное, с Индюка, начался обстрел в нашу сторону. Артиллеристы, крупные снаряды. Снаряды возле нас падают, дальше летят, падают. Ну, дальнобойные, видать, были, вот это я хорошо помню. Стреляли-стреляли, но нас не пускали ложиться, мы идем. Несколько снарядов падало вокруг нас, а потом, вот это я хорошо запомнил, один снаряд упал прямо, вот где солдаты, и осколком одному солдату голову снесло. Недалеко от нас, 5-6 метров. Прямо при наших глазах нашему, пленному нашему. И вот эта голова свистом полетела, как раз там спуск был, летит и свистит голова, а тело идет… шеренга идет и тело идет, вот это я запомнил. Я видел, как тело идет без головы, а потом упало... [...] Вот этого похода, как немцы нас вели. Када мы с Хонджана поднялись наверх… шестилетний мальчик ЧТО мог запомнить? И вот это когда мы поднялись туда, двое немцев нас вели. Поднялись вот эту гору, много было людей из сельчан, над Хонджаном, а там спускались в сторону Гунайки. Вот так шли по лесу, вот эту котловину спускались... и там это, крик слышали, такой огромный такой, с души выходит, страшный... Это мы слышали. И потом сопровождающие встали. Нас немцы обратно повели, и увидели там молодой, очень молодой, даже 18 нет, парень, разбитый палкой. Голова прям поперек дороги. Там тропинка проходила, ну его, разговор пошел, как партизан поймали. И его прямо дубинкой… немцы у всех были такие палки, как дубинки здоровые. И через него мы прошли. Кровь свежая, голова в дребезги, – и через это мы прошли. Мать мне сперва глаза хотела держать... а потом я уже не боялся... (Геворг Валерджян).

48При этом и сегодня Геворг Валерджян искренне верит, что когда нас погнали через [селение] Режет, за каждым деревом стоял наш солдат... Возможно, взрослые вполне целенаправлено внушали детям, что они под паноптической защитой «наших», которые затаились везде и всюду и только ждут момента, чтобы заступиться за них. Дядя мне говорил, наши всё наблюдали, они нас защищали... Нас там хотели считать и не могли. Только начинали – убьют... Только турки [немцы] нас считать начинают, и их убивают. Ха! (ha! – с арм. – да!) Кто-то на горах... ha! Снайперы. В нас ни одной царапинки. Они знали куда стрелять. Целились в них. Гонять нас хотели. Когда нас считали и гоняли – потеряли брата... (Парандзем Аракелян).

49История с перегоном зашла в тупик и закончилась ничем. Вели, вели нас, а потом отпустили. Говорят, партизаны всё взрывали... дороги. А куда вести – отпустили... (Парандзем Аракелян).

Язык общения

50В процессе интервью постоянно всплывал вопрос – как все-таки чисто технически происходило общение, на каком языке? Жители Армянского района в силу своего компактного расселения и доступности армянских школ владели русским языком очень слабо. Как выяснилось, немцы им владели тоже на уровне базовых слов (Молок! Молок! – заходя во двор кричали немцы, молоко хотели... Геворг Валерджян). Поэтому тема языка общения стала загадкой для разрешения уже в ходе второго интервью. Как общались? На русском, можно сказать... Вообще, плохо знали русский, но основные русские слова знали и мы, и немцы (Агоп Касумян).

51Трудно было общаться, конечно. Ну, совсем мы друг друга не понимали – не мы по-немецки, не они по-армянски, и даже не по-русски. Ну как это? Помню случай, немец сидел у дерева с автоматом, как мне показалось, игрался с ним (наверно чистил?), я был сорванцом и, хотя мама строго наказывала к немцам близко не подходить, я подошёл. Немец меня заметил, подозвал и начал что-то спрашивать на непонятном мне языке. Я сказал ему, что я - Вазген и спрятался рядом с ним. Для меня это была игра. Вдруг кусты напротив нас зашевелились, немец навёл дуло автомата в сторону дерева и закричал. Шевеление продолжалось, а никто не отвечал, немец уже хотел нажать на курок. И тут, слава Богу, из-за куста вышел Агоп - мой старший брат, он тоже хотел, наверно, поиграть, но тогда мы с ним здорово испугались. Немец начал кричать на нас. Мы ничего не понимали. Я стоял как вкопанный, шальной. Потом он нас прогнал. Уже теперь я думаю, что немец тоже здорово испугался, что мог убить простого мальчика… (Вазген Варваштян).

52И все же некоторые представители немецкого командования, расквартированные в домах местных, знали русский вплоть до рифмоплетства. Был у нас там, в Боёфе сосед Борис, у него были кони что-ли. Так вот сосед с другой стороны - немец вставал утром и кричал в окно (имитирует немецкий акцент, грассируя -р-): «Борис, Борис, / завтра утром рано, рано/ кони, бричка - айда на фронт». Знаете, мы, дети, эти слова как песню заучили и тоже с немецким акцентом эти слова бесконца пели. Веселились...(Геворг Валерджян).

53Язык жестов и тела, язык наказания и рукоприкладства также стал одним из вариантов коммуникации. Общались по-простому – на языке кнута: гоняли нас работать – обувь помыть, дров таскать, на кухне работать. Если нет – били (Капрел Делигевурян).

  • 29 Эта история фигурирует также в сборнике советских анекдотов. Тут снова можно развивать идею о том, (...)

54Набор случаев варьирует от мелких, курьезных недопониманий и до роковых, смертельных ошибок. По требованию наших мы рыли землянки, солдаты нам помогали. Ну, чтобы спастись от бомбёжек. Среди наших было много армян ереванских, азербайджанцев, и я видел даже узбека. Во время перестрелки немцы выкрикивали «Рус, сдавайся!» Наши сидели молча. Когда выкрики повторились несколько раз, узбек решил ответить: «Ми не русски, ми – узбек...» Наши так смеялись.... (Вазген Варваштян)29.

  • 30 ЦДНИКК. Ф. 4373. Оп. 1. Д. 35. Л. 62-66. Цит. по: Хрестоматия по истории Кубани. Мин. Образования Р (...)
  • 31 Специально для данного исследования интервью от 12 июля 2011 г. взяла Мария Ченоварьян.

55«Жители» или «жиды»? – казалось бы, не такие уж похожие слова. «Жиды»? – пристрастно задавался немцами «сакраментальный» вопрос на всем протяжении Туапсинского района. Ответ мог стоить жизни. Еврейская тема, видимо, не могла не обнаружиться, оголяя все более обескураживающие детали их тотального преследования и мученичества. Из докладной записки командования Новороссийского куста партизанских отрядов от октября 1942 г. узнаем: «В октябре месяце было предложено всему еврейскому населению зарегистрироваться. Через несколько времени было выпущено воззвание, где предложено выбрать старосту из еврейского населения и явиться с домашними вещами по 5 кг на детей и 10 кг на взрослого в определенном месте, якобы для эвакуации в специально организуемую область. Собрано было всего около 2-2,5 тысяч человек. Все это население вывезено, и, по слухам, взрослые расстреляны, а дети отравлены (мазали губы) в районе Широкой Балки. Перед расстрелом вывезенные вырыли ямы, в которых они были похоронены после расстрела»30. Это архивное свидетельство точно сопадает с воспоминаниями Чичеловой Софьи (1935 г.р.), которой было восемь лет, когда в станице Отрадная немцы согнали всех еврейских и армянских детей в одно место и производили отбор.Три немца в офицерской форме, у одного на груди висел пузырек. Один из них ученый, рассматривал нас и отделял. Обращали внимание на волосы, лоб, профиль, уши. Нас разъединили и второй офицер, толстый такой немец в форме и очках, с пузырьком помазал губы еврейским детям, ядом... Он забирал всех маленьких еврейских детей, даже грудничков и мазал им губы ядом... они сразу умирали… Распознавание евреев проходило как экспертиза и, очевидно, было поставлено на «научную основу». Анна Ченоварьян (1929 г.р.) из той же станицы Отрадная вспоминала, что немцы заходили в школу и всем детям, особенно кудрявым, поднимали волосы со лба и осматривали лоб. И как им удавалось евреев определять, ведь еврейских и армянских детей можно легко было спутать, однако же, ни разочек они не ошиблись31. Рассказывают, что в Ростовской области, например, некоторые местные жители, задержанные для проверки на предмет «семитского происхождения», потом почти с гордостью заявляли, что «они немцами проверенные», ссылаясь как на авторитет. Согласно информантам, советское правительство, понимая всю сложность ситуации евреев в этот период, предприняло своего рода оберегательные меры для них: «евреев не брали на передовую...» (Аракелян Парандзем, Новомихайловское). В районе евреев было не много, а тех, что были, эвакуировали из районов оккупации в первых рядах, вместе с партийным активом. В Алтыбинале видел евреев, они были с чемоданами и ели не вместе со всеми, но еда у них была. Их куда-то увозили красноармейцы (Каракян Пайлаг). Когда сказали «немцы» – евреи сразу испугались и пошли в лес. Когда фронт уже в Гунайке был – они ушли все... (Парандзем Аракелян). Я видела евреев, как они уходили. Я запомнила, как они ели... из блестящей такой посуды... (Софья Чечелова).

  • 32 По-видимому, речь идет о солдатах немецкой армии, которые были, скорее, носителями чешского или сло (...)
  • 33 В 1989-1990 гг в Баку азербайджанские радикальные националисты применяли те же практики, чтобы марк (...)
  • 34 «Со взрослым мужским населением было попроще, простите за интимную подробность... но это был сложны (...)
  • 35 «Филологические тесты - явление общее и не только евреев этому подвергали. Чтобы отличить русского (...)

56Цепенящие еврейские сюжеты всплывали, в том числе, в контексте дефекта коммуникативного процесса. Недопонимание было. Вблизи станицы Тверской около железной дороги немцы расстреляли армянскую семью, думали что евреи. Не поняли они друг друга. Немцы по-русски плохо говорили, спрашивали: - Жид? Жид?32 Армяне тоже плохо знали русский. Ответили: - да, жители, жители. Так и расстреляли. Девочка из этой семьи убежала. За это немцев поощряли – никакой ответственности не носили... (Делигавурян Айкануш Хачиковна 1938 гр. 4-я Гунайка). Дедына тетю сказали: ты – Юд. Еле-еле отбили, полицай помогал... (Парандзем Аракелян). Фашистские практики, связанные с обнаружением жертвы, кажутся банальными и узнаваемыми33. Демонстрация гениталий при этом была не самым изощренным методом: Мужчинам легче было доказать, что они не евреи... (Агоп Касумян). Искали евреев везде, и у нас в Перевальном... в штаны заглядывали. Одну семью расстреляли... (Аракелян Мигран 1936 г.р., хутор Перевальный)34. Лингвистические тесты35 практиковались немцами как еще один способ выявления преследуемой группы. Пять детей, трое сестры – им не трогали, а этому говорят «ты- Юд!» - взяли убивать. Потом хорошо, что с Пшиша [поселок] мужчина. Он встретил – говорит – нет, она тоже армянка, говорит, я тоже армянин. Я хорошо помню это семья, мы почти что односельчане. Нет, говорит, он армянка, не Юд. И вот и он спас ее... Она сама рассказывала, если бы не он, мои четверо детей сирота оставили. А детей ее не трогали. Сестры говорят, что мы сестры. – Нет! Как-то они определили, какой-то слово она не могла сказать... вот я не помню, какое слово. Какой-то слово спрашивали, а она не смог сказать... (Парандзем Аракелян).

  • 36 Курьезы, связанные с языковой малокомпетентностью не раз случались и до войны. «Рассказывают, что п (...)

57Армяне и армяне. Можно только вообразить и те трудности общения36, которые вставали между красноармейцами и местными армянами. Интересно, что взаимопонимание было затруднено и между местными армянами и воевавшими здесь в большом количестве армянами из Армении. Амшенский диалект (один из западных вариантов армянского языка) значительно отличается от литературного армянского языка в его восточном варианте, не говоря уже о диалектной вариативности - под-диалектах.

58И мать говорит, пойдем на Гунайку, что-нибудь соберем в огородах. Там надо было чуть-чуть подняться и Гунайка. Поднялись, а там несколько домов было. Все перебито бомбами, ударами. Там были такие огромные бомбовые ямы во всех огородах, вот это я хорошо помню. Ну, кое чо мы собрали там в огородах: кукурузу нам дали и обратно отпустили. В это время вот сидели там много из населения, спустились к нам с Гунайки тоже, соединились. И там эта маленькая такая горка, и щас я это хорошо помню, а сверху катился это, как мячик. Сперва испугались, покатился возле нас, человек это оказался. Вот так без ног (показывает), между прочим, из Армении, он начал по-армянски говорить: «Куйрик [...]» («сестра» в пер. с арм.), ереванский. Оба ноги нету, шинелем кто-то перевязал... одеждой завязали, кровотечения чтобы не было. Покатился возле нас, говорит, заберите меня, а мать там кое-как говорили, туда-сюда, но кто его мог забрать. Ну, а потом нас повели дальше, а он так и остался дальше... (Геворг Валерджян).

  • 37 Туйлян Гарапет Агаронович 1927 г.р. – фактически 1925 г. р., c. Гойтх 8 мая 2011.

59В горячих сражениях военных действий исход такого неожиданного непонимания мог быть печальным. К примеру, когда местные армяне из Гойтха помогали красноармейцам-армянам рыть окопы, последние после нескольких неудачных попыток сердито прикрикивали на них: Армянин ты, или русский, или кто ты там – опусти [пригни] голову! (арм., восточный вариант: Hay es, sokh es, skhtor es inchesglukht tsatz paha)37.

  • 38 С. Б. Акулова-Пивоварова, музейный работник, г. Туапсе..

60Языковой барьер существовал и между командованием и бойцами. Например, согласно военным сводкам, «в 408-й армянской и 328 азербайджанской дивизиях, то есть, элементарно, русского языка представители закавказских республик не знали. Именно поэтому и в связисты их не брали…»38.

  • 39 Алексей Безугольный / Aleksei Bezugol’nyi , «Кавказские национальные формирования Красной Армии в п (...)

61Недавние исследования института военной истории, в общем-то, подтвердили «открытия» Эдуарда Пятигорского. По подсчетам военного историка Алексея Безугольного, среди призывников кавказских национальных формироаний «из 94 624 чел., взятых на военный учет только 1,4 % являлись неграмотными и 9 % мало-грамотными; все они были охвачены ликбезом. А среди уроженцев 1923 года таковых уже не имелось. Одновременно быстро сокращалось число призывников, не владевших русским языком. В Армении и Азербайджане этот показатель снизился с 49 % среди лиц 1921 года рождения до 15 % среди лиц 1923 года. А общий удельный вес призывников, не владевших русским языком, в начале войны составлял 37,6 % (в Армении - 50,5 %, Азербайджане - 33,8 %, Грузии - 28,5 %)»39. Несмотря на позитивный тон выводов, само обсуждение темы свидетельствует о том, что проблема lingua franca действительно существовала и причиняла немалые неудобства во время войны. Можно ли сказать, что в определенной мере правительство СССР оказалось в плену своей собственной, очень передовой на тот момент политики коренизации, то есть продвижения национальных культур в составе Союза? Ответ в письме немецкого солдата из тех самых пресловутых «отборных гитлеровских войск, специально подготовленных для боевых действий в горах. Вот что писал домой один из тех гитлеровских солдат, которые навсегда остались в предгорьях Кавказа на берегу реки Пшиш:

  • 40 «Оборона Туапсе в годы Великой Отечественной войны». стр. 38. Туапсинский историко-краевеческий муз (...)

62«Сейчас в моих письмах нет того бодрого духа, который был в 39-м и 40-м. Этот проклятый русский фронт резко отличается от всего ранее мною увиденного… Я опытный солдат и видел всякое, но такого еще никогда не было. Эти русские как из брони. На каждого мы тратим столько сил и металла, будто это целый батальон… Впрочем, когда мы говорим «русские», то подразумеваем русских, украинцев, белорусов, грузин, армян, узбеков, азербайджанцев и других. Эта геббельсовская болтовня о том, что русских никто не поддерживает, выходит нам боком. Они дружнее нас… Большинство из нас будет похоронено здесь, у Кавказских гор»40.

63 Языковой барьер, по большому счету, не стал помехой для укрепления межэтнической дружбы. Один армянин, вернувшись после войны домой в Армению, назвал своего новорожденного сына именем Черкес. Вот такое интересное имя было у мальчика этого армянского – Аракелян Черкес. Вот до чего люди на войне сдружились (Аршак Валерджян).

Козьими тропками... Отряд Малхасяна41

  • 41 При написании параграфов о партизанском движении в Армянском районе использовалась рукопись и други (...)
  • 42 Немецкому мемуаристу Вильгельму Тике приписывается фраза: «Прибежали волосатые дядьки, которые нас (...)

64История партизанского движения в районе, впрочем, как и в крае, вопрос тоже не простой, обросший слухами, мифами, легендами42.

65Я не слышал тогда о них, но немцы даже слово «партизаны» боялись. Уже после войны я узнал о партизанских отрядах, которые были тут у нас. Помню, мы с братом возвращались с леса (ходили за трофеями). Видим, человек пять русских солдат. Спрашивают, куда идти к нашим? В пространстве, видно, плохо ориентировались, в горах заблудились, в окружение попали. Всё о чём они говорили, мы понять полностью не смогли, туговато было у нас с русским языком, но поняли, что надо помочь. Отвели их «козьими тропками» к папаше, так называли пожилого жителя в Гойтхе, не помню как его настоящее имя. А он уже переправил наших солдат к красноармейцам, а может быть к партизанам. Не говорили нам тогда взрослые о таких вещах - рот закрытым держите! - вот это, что мы слышали от них всегда... (Агоп Касумян).

  • 43 Валерий и Александр Харченко, Алексей Кистерев Партизаны... в нашем тылу. Глава 4. в кн. «Между Иле (...)
  • 44 Светлана Борисовна Акулова-Пивоварова, сотрудник музея Обороны Туапсе. 1975 гр, г. Мурманск.

66За пределами Туапсинского района можно встретить самые крайние мнения по этому поводу. Чаще всего они критичны и это, возможно, связано с отношением Иосифа Сталина к кубанским партизанам. Ему приписывают фразу: «Кубанские партизаны больше уничтожали сало у местных». Кроме того, в 1993 г. в Краснодаре вышла книга, в которой партизанское движение в крае впервые было подвергнуто резкой критике. «Партизаны ничего практически не делали, если не считать активного «уничтожения» мяса и меда»43 - это мнение прямо перекликается со сталинским высказыванием. Но наряду с этим, работница музея Обороны Туапсе утверждает, что «партизанские отряды были вооружены Томпсонами. Только партизаны и войска НКВД были ими вооружены. Это значит, что было централизованное обеспечение партизан оружием»44, что могло бы открыто указывать на приоритеты власти.

67У информантов мнение в значительной степени тоже отличается от критического. Парандзем Аракелян, желая поощрить своих внуков, называет их партизанами: Я говорю детям, когда я вам говорю «партизаны мои!» - это значит, я вас люблю. Когда авторы поставили под сомнение существование партизанского движения в районе, Касумян Агоп почти возмутился: Как не было партизан! Они были в Шаумяне, Малхасян Андрей организовал. Почему называется Партизанский хребет за Алтубиналом. Парталян Мисак в Шаумяне, в Гунайке – Тулумджян Комсар – все партизанили (Касумян Агоп). Фактически [немцы] боялись от партизан, как огня боялись - заключил Капрел Делигевурян.

68Страх перед мнимыми и реальными партизанами стал почвой для новой серии роковых недоразумений. Видимо все-таки они действительно сильно досаждали немцам, раз они мерещились им всюду. Я ещё хочу рассказать про женщину Софью, так вот она была гречанка, а муж у неё был армянин. У них было 12 детей. И когда до войны греков начали собирать по просьбе Греции для отправки с этих мест, то этот армянин тоже записался уехать в Грецию. И вот 12 детей, Софья и её муж сели на этот, как его, паром и забыли какой-то тюк. Софья выбежала, его взять, потом, значит, пароход тронулся, трап убрали, а Софья осталась на берегу. Кричала, кричала, да толку... ну и сошла с ума. После этого так в себя и не пришла, потеряла и детей и мужа. Иногда с палкой до войны за нами гонялась. Люди говорили, что, вроде, ей черти мерещатся, не за вами она бегает... А в хорошем состоянии с нами игралась… Так вот, испугавшись немцев Софья и ещё немного больной сумасшедший Асадур и его сестра спрятались на дереве, а немцы их приняли за партизанов. Ну и расстреляли их. Вот ведь судьба. А Асадур с сестрой вообще были из Турции, при них турки зарезали родителей, а детей оставили в луже крови и после этого дети, ну, тронулись умом… Выжившие односельчане их привезли сюда в Россию, смотрели их, но вылечить уже не смогли. Вот... Никому они плохого не делали эти Асадур и его сестра. Они может даже игрались, прятаясь от немцев, а их убили, приняли за партизанов... (Геворг Валерджян).

69Может быть, и степень вездесущести партизан – выдумки, но выдумки из категории тех, в которые уж очень хотелось верить; тех, что порождали силы к победе и веру в нее, помогая выжить «маленькому человеку». Мать внушала своим маленьким детям во время переходов под немецким конвоем, что за каждым деревом в лесу прячется наш. Везде партизаны были, милая. Вот за это они боялись не знаю как... правда, был у нас мальчик, разбирался во всем, несколько раз взрывал их узкоколейку, а немцы думали партизаны. Три раза взрывал, он говорил... (Парандзем Аракелян). И до самых сдержанных характеристик Каракяна Пайлага: Партизаны воровали оружие, взрывали машины ихние [немецкие], отнимали провизию. Но немцы здесь были недолго, четыре месяца где-то. Я думаю, в масштабе операций не было (Каракян Пайлаг). Степан Чемурян, парикмахер наш, большой любитель рассказывать про собак, наш амшенский Ходжа Насреддин... он флажками давал нашим знаки в какую сторону Туапсе. И никакие это не партизаны делали (Геворг Валерджян).

  • 45 Участниками исследования описаны хитрости, которые позволяли избежать призыва на фронт. Список этих (...)
  • 46 Интервью от 30 мая 2011, с. Мессожай, Туапсинского р-на. Парталян Вачик Абрамович 1927 г.р., Армянс (...)

70Мнений и суждений вокруг всего этого много, но первый вопрос, который возникает в связи с партизанскими отрядами – это откуда черпался их состав в условиях полной мобилизации в стране? Обычно это были бывшие солдаты РККА, восстановившиеся после ранений, то есть вернувшиеся с фронта инвалидами; молодежь из сферы специалистов МТС; мужчины, отписавшие себе годы с целью избежать мобилизации; а также «отмазавшиеся»45 от фронта, которые изменили свое отношение к участию в войне по мере того, как фронт подступился к самому дому. Свидетельствует Каракян: Я был лично знаком с партизанами – Малхасян Андреем и Каракяном Айказом. Я не знаю, как возникли отряды точно, но, говорят, были и дезертиры, не хотели далеко ехать от дома… но, знаете, [потом] сражались самоотверженно все... наверно поняли все, что это за сатана [немцы], что до их домов дошли… (Каракян Пайлаг). Но чаще всего это были представители партийного актива и работники МВД, не подлежавщие мобилизации в армию (как, например, почти весь состав шаумянского отряда): А. Малхасян, С. Маркарян, С. Матосян, И. Николенко, М. Тарасов, М. Парталян, М. Тулумджян, К. Эксузян, А. Лобашкина), и по разным причинам оказавшиеся в тылу. Кроме того, отряды черпались из юнцов и подростков, которые считали оккупацию непереносимой. Вачик Парталян, житель села Мессожай, описывает, как он пришел к партизанам. Мне было 14 лет – война началась, немцы пришли - почти 16 было. Отец был с Турции, с Амшена, село Ич Пугар (тур. Три Родника). Отец с матерью разошелся. Мы остались в Черниговском, отец уехал в Шаумян и женился на секретарше парткома. Я оставался с матерью, потом в пятом классе приехал к отцу. В 1942 отец ушел на фронт. С мачехой друг друга понимали плохо. Она уехала в Армавир к своим родственникам. Я ушел пешком в хутор Красный Дагестан Апшеронского района - там была моя мать... Мне ничего не оставалось делать. В хуторе многие были расстреляны за связь с партизанами, за помощь и кормление партизан. Как-то весь село собрали, хутор сожгли, около 40 домов, а село в амбар большой [согнали]. Три дня люди находились без еды и питья, каждую минуту ждали, что их сожгут. Что там было… Дети кричат, люди падают. Охрана была человек десять, забор около двух метров. Не знаю, нашелся наверно хороший немец, и нас отпустили. Но я был злой. После того как нас отпустили, мои брат, мать, сестра сказали, что надо идти в другое место. Когда шел, был злой и думал, что бы сделать плохое немцам. Увидел провод, их связь, отрезал провод метров 48-50, скрутил его и выбросил в реку. Кстати, Сарьян Дирюк подписала, что я действительно сделал это, подписала после войны. Тогда меня увидел сосед Хачик, не помню фамилию, мать его так! (амш. Myary latzynim!) Немцам он сказал, что надо искать Парталян Вачика. И когда мы уходили, у матери были документы на свою фамилию - Сарьян. Меня немцы спросили – ты кто? Я ответил – Сарьян. И немцы меня не тронули – искали Парталяна Вачика46.

  • 47 «383 стрелковая дивизия. С утра дивизия во взаимодействии с партизанами ведет наступление с задачей (...)
  • 48 Пятигорский Э. И. История – это то, что было... стр.114.

71Партизаны/спасители или предатели/шпионы? Тем не менее, в ходе исследования авторы постоянно натыкались на противоречащие дискурсы и двойные стандарты в оценке их активности. Несмотря на то, что ставка и армия привлекали партизан к совместным боевым действиям47, «в отношении с местным населением нередко превалировали тенденции: каждый местный житель – потенциальный предатель или шпион врага, потому что настоящий советский человек не может жить в условиях оккупации»48.

  • 49 Пятигорский Э. И. История – это то, что было... 1942. Туапсинская оборонительная операция. Хроника, (...)

72Гораздо позже даже, уже в 50-е гг. «дети родителей, проживающих в период ВОВ на территориях, временно оккупированных противником, бывали на подозрении и не во всех случаях могли продолжить свое образование в высших учебных заведениях»49.

73Документов, что мой отец партизан, к сожалению, у меня не было. Да [19]52 год был. Я имел сильнейшее желание поступить в мореходное училище, но туда принимали только детей партизан, военных, ну у кого такие отцы, а таких не принимали. Ну я, значит, кинулся туда, сюда... ну я знаю, что отец партизан был, и мать мне постоянно говорила, но документов-то нет никакаих. Я ходил здесь по районам, расспрашивал, документы, говорю – они, ну мы ничего не знаем, вот. А потом я написал Сталину письмо, что я хочу учиться мореходное училище. Ну, прошло месяцев три-четыре, я уже не помню, приходит капитан милиции, разыскал и дает мне справку, что мой отец был партизан. Ну я, там, написал как отец погиб, без вести пропал. Жалко, текст письма не сохранился – это 52-й год. Он меня посадил, говорит, рассказывай как. Он говорит, я ходил по всем... это, создана была комисия... у людей всех спрашивали про Асадура Валерджяна. Ну, его ровесников-то никого не было. Ну, кто знал, что он до войны вот был председателем колхоза в Алтыбинале... вот. Где-то у нас отца карточка есть – делагаты московского съезда, значит, и он с Кубани... с Кубани делегаты, человек десять, в Москве сфотографировались – вот эта карточка у меня есть. Вот это они спрашивали, спрашивали, один даже сказал – «какой он партизан, если он после войны коров пас». А он говорит ему, а что если он пастухом был, то не мог быть партизаном что ли? Это капитан мне рассказал, капитан. Говорит, вот таким путем я тебе достал это [справку]. Это ведь по наказу Сталина, или кого-то все это было сделано – ну, без внимания не оставил, понимаете. Вот таким путем я поступил в Мурманское мореходное училище. Я именно его хотел, читал о нем – высшее мореходное училище. Там готовили в дальнее плавание. Я ходил потом на шесть месяцев. Качку вначале не переносил, потом привык... (Геворг Валерджян).

  • 50 Пятигорский, указ. соч. с. 113-114.

74Так или иначе, Ставка Верховного Главнокомандования, а позднее и военные историки оценивали события на Туапсинском направлении как «неуспехи войск Северо-Кавказского фронта и Черноморской группы как следствие слабо поставленной армейской и дивизионной разведок». Хотя и признавалось, что «резко пересеченная горно-лесистая местность предьявляла к разведчикам высокие требования. А они без знания местности и природных особенностей могли рассчитывать только на местное население. [...] Привлечение партизан двух апшеронских отрядов к боевым действиям в качестве стрелковых подразделений можно рассматривать как требование «искупить» свою вину перед Советской властью за то, что не отступили с частями Красной Армии. Партизаны, не обученные открытому бою, гибли куда чаще, чем бойцы воинских подразделений»50.

Коллаборационизм

75Присутствие немцев в крае длилось недолго, но немцам удалось организовать «нормальную» жизнь в оккупации – наладить инфрастуктуру, инициировать и поддерживать издание газет, вести неустанную агитацию «нового порядка» и «десятидворок», заменивших колхозы. Гитлеровцы спекулировали, в том числе, на гонениях на церковь, успешно разыграв религиозную карту. «За период временной окупации в Краснодарском крае были открыты 229 церквей и храмов, в местах проживания мусульманского населения – мечети» - таким способом и переманили на свою сторону. В оккупированных зонах немцы были сильно заинтересованы в сотрудничестве и лояльности граждан.

  • 51 Жинкин А., Паламарчук О., Кубань: история, культура, курорты и туризм. Изд. 2-е. Краснодар 2003. с. (...)

76Анализ собранных интервью и изучение имеющихся источников обнаружили всю сложность и многогранность феномена и особенно его интерпретаций. Важно оговорить, что спектр причин и мотивов к сотрудничеству с противником был не просто широким, но имел свою динамику. Немцы в глазах многих советских людей, особенно тех, кому навязали общественную собственность на землю, на скот и прочее, выглядели как освободители от большевизма - социального порядка, по сути, неуважающего право на частную собственность. Не случайно «фашистская пропаганда изощрялась, развесив на улицах Краснодара и других оккупированных территорий плакаты с изображением улыбающегося крестьянина и надписью: «Фюрер дал мне землю», тем самым представляя оккупационный режим как власть «освободителей» и «благодетелей»»51.

  • 52 Кубань в годы ВОВ 1941-45 К. 2000. с. 459.
  • 53 Журавлев Е. И. Гражданский коллаборационизм в годы немецко-фашисткой оккупации (1941–1943 гг.): на (...)

77Мотивации к сотрудничеству с немцами были самые разные, от выживания в условиях оккупационного режима до страха перед угоном в Германию с перспективой пополнения рядов «остарбайтеров» (восточных рабочих). Беспризорных детей забирали в Германию работать, но у армян беспризорных не было, родственники тут же принимали в семью (Геворг Валерджян). Идея коллаборационизма и всяких других нелицеприятных явлений (таких как дезертирство, изнасилование женщин в партизанских отрядах и в оккупированных теперь уже Советами территориях), без которых не обходится ни одна война, видимо, дробит монолит героизации сопротивления нацистам. Этот монолит частично соткан из пропагандистских усилий в поствоенное время. Упорное нежелание и даже репрессивный запрет мало-мальски подрывать химеру этого монолита стало причиной огромного количества недомолвок, «белых пятен», мифоподобных риторик. Весь этот комплекс стал труднопреодолимым препятствием придать истории ее человеческое лицо, не выставляя целые громадные общества как одно коллективное тело, когда каждый отвествтвенен за другого. Рассекреченные в последние годы документы краснодарских архивов пролили некоторый свет на эти события52. По последним приблизительным подсчетам, в местных полицейских формированиях Юга России насчитывалось от 70 до 80 тысяч полицейских коллаборационистов. В гражданском коллаборационизме «было задействовано около 100 тыс. человек, что составило только 1,4 % от всего населения Юга России, оказавшегося в оккупации»53.

  • 54 Под таким названием телекомпания «Шант» сняла фильм, в котором представлена версия о предполагаемом (...)
  • 55 Боевой путь 89-стрелковой Армянской Таманской орденов Красного Знамени, Кутузова II степени, Красно (...)

78Армянский поход Сталина?54 Активисты армянской общины города Туапсе (Аршак Валерджян, Георгий Баладян) убеждены в том, что из всех народов СССР именно у армян были самые сильные резоны воевать против фашизма самоотреченно. Самоотверженность армян из Армении была удвоенной, в силу понимания своего уязвимого положения в случае победы Гитлера. Победи немцы на Кавказе, турки немедленно напали бы на СССР через Армению. Такое понимание и видение ситуации неоднократно проговаривалось как в публикациях55, так и в интервью: У нас село глухое было, наверно, поэтому, когда началась мобилизация, некоторые отлынивали, не думая, что война докатится до этих мест. А когда поняли, что к чему, даже они сражались. Ну, дошло до них, что опять немцы, как тогда турки, погромы устроят (амш. тчайтуш гынин) (Каракян Пайлаг). Одна из информанток неоднократно оговаривалась, произнося вместо «немцы» - «турки» нас окружили... (Парандзем Аракелян, См.: стр. 17, 19).

  • 56 Пятигорский Э. Роль Туапсе... С. 13.
  • 57 Гречко А.А. Битва за Кавказ. Изд. 2-е. M.: Воениздат, 1973. Предисловие. http://www.e-reading.org.u (...)
  • 58 Гречко А.А. Битва за Кавказ. Ibid. Глава 2. В предгорьях главного Кавказского хребта. http://www.e- (...)

79Турция медлила со вступлением в войну на стороне немцев, ожидая исхода боевых операций на Северном Кавказе. «Начиная с первых дней восточной компании, Гитлер мечтал втянуть в войну Турцию, которая не торопилась идти навстречу замыслам фюрера. Она чувствовала себя меж двух огней. С одной стороны, мечта о создании Великого Турана, а с другой стороны – английские войска в Сирии и Иране. Турция ставит одно условие за другим. Наконец она поставила условие: Германия овладевает Туапсе, распространяется вдоль побережья вплоть до Сухуми, а Турция посылает в наступление 26 пехотных дивизий и открывает проливы Босфор и Дарданелы для прохода военно-морских сил Германии и Италии»56. Андрей Антонович Гречко, в свою очередь, отмечал, что «политическое и военное руководство Германии рассчитывало, что успешному осуществлению плана "Эдельвейс" будет способствовать вступление в войну против Советского Союза Турции»57. «В Турции активизировалась антисоветская пропаганда и летом 1942 г. турецкий генеральный штаб считал "вступление Турции в войну почти неизбежным. Турецкое наступление пошло бы через Иранское плоскогорье, по направлению к Баку» – писал А.А. Гречко58.

После войны. Ни детства, ни старости...

80Как уже отмечалось, почти все информанты говорили о горечи разочарования в старости, недовольстве властями и их отношением к ветеранам. Часто это шло у них в сравнение с властью военного времени, причем не в пользу первых. Знаю, что были репрессии, но у нас их не было в селе, репрессий. Только Кеворкян, Арут Мнацаканович получил в конце 40-х повестку в армию, но в назначенный срок не явился. Потому что у него умерла мать, и он ее хоронил. А после, когда уже пришел на призывной пункт, его арестовали и на десять лет осудили. Ну, в общем-то, надо было ему предупредить призывной пункт о смерти матери. Порядок должен быть во всем. А сейчас эта демократия, что, лучше что ли? Даже участника войны мне не дают… (Пайлаг Каракян).

  • 59 «Мы плохо заботимся и о своих ветеранах войны. Житель села Елань-Колено Воронежской области Василий (...)

81Большинство бесед с информантами были проведены накануне праздника Дня Победы, 8 мая. Практически все они показывали благодарственные письма от правительства по случаю праздника59. Сколько поздравление от власти (показывает). Но, к сожалению, это всё бумаги… а отношение – ну ужас... А вот к Сталину я отношусь хорошо. Хоть бы полсталина сейчас был, порядок был бы (Вачик Парталян). Такое высказывание (и таких было много) не содержит и намека на демонизацию сталинских времен. В 53 году я был на соревнованиях по вольной борьбе в городе Стамбуле. Я тогда над самым сильным турком одержал победу. Мы с ним поговорили. Он даже барана зарезал для меня, когда узнал, что мои предки с Западной Армении, с Трабзона. Он говорил на нашем диалекте. Потом меня сфотографировали с большим советским знаменем. На нем было написано «Слава великому Сталину!» До 57 года эта фотография висела в райцентре в селе Шаумян. А потом Хрущ пришел, объявил культ личности. И фотографию сняли. Ну причем тут моя фотография и их культ? Не думают о людях… (Пайлаг Каракян).

82Гораздо чаще в речах информантов сквозило недовольство политикой современной власти в отношении ветеранов и памяти о войне вцелом. Я был проводником у наших. Когда пришли немцы, я был вынужден уйти в лес к партизанам, потом даже охранял море. Но, к сожалению, участника войны мне не дают. Ну да ладно, не об этом... (Пайлаг Каракян).

83Эмоциональная неоднозначность переживаний непризнанного участника партизанских акций Вачика Парталяна была выражена им словами: В партизанском отряде Кальсузова знал всех, после войны Кальсузов говорил о том, чтобы написать мне справку, что я участник военных действий. Но тогда я был молодой, и мне этого было не нужно, а сейчас я никому не нужен. Хожу по инстанциям и доказываю, что я работал минерщиком, меня контузило – до сих пор одно ухо не слышит. А мне пишут ответы, что тогда вы были ребенком и не могли привлекаться к таким действиям. А я тогда не думал, что я не мог привлекаться, я просто делал… и мог бы быть убит... (Вачик Парталян).

84Фраза «а сейчас я никому не нужен», собственно, как и вся идея забытости и покинутости прозвучала у него акцентированнее, чем у других. Выспренние слова президентов в таком нарративном контексте выглядят не более чем идеологической маской. Родина нас обидел. Ни детства, ни старости. В 42-м я носки вязал фронта, днем и ночью. Бабушка мне научил, и я вязал под лампой. А сейчас письма пишут, милая. Четыре с половиной тысячи пенсия... всё письма пишут! (Парандзем Аракелян).

85 И ничего странного, видимо, в том, что (чаще имплицитным, скрытым и неявным) центром эмоционального внимания в ходе «путешествий» в мир прошлого сделалось отношение к себе властей. Война и победа над фашизмом стали источником пропаганды и средством достижения политической и моральной легитимности постсоциалистических властей. Выглядит так, что именно с этой целью эксплуатируется образ войны и, в конечном итоге, символический капитал ветеранов, являясь мощным средством эмоциональной/социальной мобилизации, равно как и вытеснителем криминальной постсоветской реорганизации общества.

  • 60 9 мая – советский День Победы, 23 августа – день поминовения жертв коммунизма и нацизма в ЕС, 24 ап (...)
  • 61 E. Ardener 'Remote areas': some theoretical considerations. In: Anthropology at home, A. Jackson (E (...)
  • 62 Пьер Нора (1999). Эра коммемораций. В кн.: Пьер Нора, Мона Озуф, Жерар де Пюимеж, Мишель Винок "Фра (...)
  • 63 Например, в Армении и Нагорном Карабахе события 1989 (которые так и назывались «события», с претенз (...)

86...Во имя социальной гармонии... Коллективная память и репрезентации. Как показало это исследование (наряду со многими другими), социальную память можно по-разному понимать – как дневниковые записи (Геворг Валерджян), как личные письма (безымянный, к сожалению, немецкий офицер, погибший под Пшишем), как памятники (Аршак Валерджян с проектами обелиска, стелы и хачкара) и дни поминовения60 и, конечно, как устные истории, нарративы (основной ресурс данной статьи). Церемонии и ритуалы, типа парад Победы 9 мая, возложение венков, ношение георгиеской ленточки, бесспорно, к ним тоже можно отнести. Выглядит так, что у памяти своё поведение, свой «почерк», своя структура. Британский антрополог Эдвин Арденер подметил, что «лишь наиболее значимые события имеют шанс в ней закрепиться»61, а французский исследователь Пьер Нора связывает так называемые узлы памяти скорее с памятными местами (lieux de memoire), чем с ключевыми событиями. Пьер Нора предлагает не рассматривать историческую память в параматрах времени, а начать исследовать «места памяти», коими могут являться как физические локусы, так и исторические фигуры, память о которых претерпевает функциональные изменения62. Ключевыми могут осознаваться в том или ином обществе разные события в разное время, или разные события для разных групп населения в параметрах одного и того же времени63.

  • 64 M. G. Cattel, J.J. Climo, “Meaning in social memory and history: anthropological perspectives”, in: (...)
  • 65 Ферро, Марк Как рассказывают историю детям в разных странах мира. М. Высшая школа. 1992. с.120.

87Специалисты считают, что социальная память формируется «социальными, экономическими и политическими обстоятельствами, представлениями и ценностями, оппозицией и сопротивлением». Она вбирает в себя круг вопросов, связанных с «культурными нормами и вопросами аутентичности, идентичности и властных отношений»64. Последний пункт означает также, что она вплетена в идеологию. Прекрасной зарисовкой к вопросу о повсеместной политизации памяти и истории является книга Марка Ферро «Как преподают историю в разных странах», результатом которой был ответ – принципиально по-разному. Одна из глав этой книги посвящена как раз разночтениям в презентации событий Второй мировой65.

  • 66 Шнирельман В. А. Войны памяти: мифы, идентичность и политика в Закавказье."Издательско-книготорговы (...)
  • 67 Edelman (1987) цит. по: Шнирельман В. А.Быть аланами. Интеллектуалы и политика на Северном Кавказе (...)

88Социальная память, таким образом, может быть (но может и не быть) неустойчивой, гибкой, конвенцианальной. Её можно подавить, пересмотреть и утратить, а потом заново обрести или даже изобрести. Однако, память может быть и чрезвычайно устойчивой и накопительной, основанной «на силе инерции и привычки». Из российских ученых такого рода антропологическими разработками занимается Виктор Шнирельман66. «Неоднозначные политические действия, далекие от непосредственного индивидуального опыта и неподвластные ему, чаще всего осознаются на уровне общественного мнения. Для подавляющей части общества они становятся конденсаторными символами, вызывающими эмоции, зовущими к согласию во имя социальной гармонии, служащими центром психологической напряженности»67. Социальная память, собственно, как и забвение в этом смысле могут быть инструментально привязаны к конкретной ситуации и, больше того, к интересам тех или иных групп. Именно в этом смысле память функциональна – она моделирует групповую идентичность в угоду (групповым ли?) интересам, а, значит, является объектом манипуляциий и политических технологий властей. Память мобилизует целые сообщества.

  • 68 Хаттон П. Х. (2003) История как искусство памяти. СПб. Изд-во Владимир Даль.
  • 69 Некоторые ученые различают образы прошлого, существующие в сознании, и профессионально написанную и (...)

89В связи с этим постмодернистская традиция в социальных науках, принципиально идентифицируя себя с «мягкими», качественными исследованиями, аппелируют не столько к социальной памяти, сколько к ее «использованию», то есть инструментализации социальной памяти; не столько к истории, сколько к «образам истории»68, то есть конструированию истории через репрезентации. Тем самым, отрытие факта функциональности социальной памяти сталкивает такие уровни как история/реальность vs. репрезентация/образ, обнажая их подчас конфликтный потенциал69.

  • 70 S. Golunov, Patriotic Upbringing in Russia Can it produce good citizens? Op. cit.

90Патриотическое или гражданское воспитание молодежи? Если перенести все эти выкладки на российскую канву, можно говорить о глубоком кризисе саморепрезентации в Российской Федерации после распада СССР. Советская идентичность треснула по швам, образовав не просто некий вакуум в культурной идентичности, но встав перед лицом почти беспрецедентного социального и морально-этического хаоса, эвфемистично называемого сейчас транзитом, «переходом от социализма к капитализму» – длительностью в 20 с лишним лет. Новые стратегии властей, связанные с реанимацией памяти о ВОВ, похоже, имеют своей целью вытеснение памяти о бесславном распаде СССР и «чернухе» раннего пост-советского времени, заместив эти события героической страничкой ВОВ. В условиях идеологической нестабильности общества и дефицита мобилизационного ресурса, политические технологии власти имеют заведомо целеполагающие схемы - консолидация российских граждан посредством реифицирования (овеществления) социальной идентичности на основе памяти о ВОВ. Эволюцию мер по «излечению» испорченного образа можно проследить по молодежным политикам властей – в частности, по трехэтапной федеральной программе «Патриотическое воспитание российских граждан с 2001-2005 гг.» (две последующие очерчивают 2006-2010, 2011-2015 гг.), в которой «защита родины», «подготовка молодёжи к несению воинской службы»70 прописываются как конечная цель. Итак, добиваясь общественного согласия посредством «патриотического воспитания» молодежи и конструирования положительного образа Себя за счёт памяти о героической победе над фашизмом, российские власти стремятся к продуцированию гранд-нарратива, мета-текста, единого и стройного мейнстримного официального дискурса о ВОВ. Устные же истории, формирующие стержень маргинальных нарративов и Другой (гораздо менее стройной) истории, незамедлительно обнажают дискурсивный диссонанс, множественность локальных/ региональных версий памяти, «истории». Значение этой «новой» локальной истории в контексте современных дискурсов в том, что она приглушает имперский дискурс, идеи имперской миссии, подчеркивая федеральные основы российского государства. Тем самым, партикулярные нарративы без излишней героики становятся альтернативными, оппозиционными по отношению к мейнстримным дискурсам, активно спускаемым «сверху» правящими элитами. Самим фактом своего существаования они косвенно противостоят авторитарности.

  • 71 В. Шнирельман вводит этот термин при анализе этнических конфликтов на Кавказе: армяно-азербайджанск (...)

91Таким образом, на вопрос, поставленный в самом начале исследования, можно ответить: да, сталкивать конфликтующие нарративы не просто стоит, но необходимо. Во имя того же долговременного общественного согласия, чтобы предупредить социальные несправедливости и, как последствие, «войны памяти»71.

92 Злободневность и своевременность данного исследования в этом смысле не подвергается сомнению. Во-первых, материалы исследования в который раз убеждают в том, что открытые публичные дискуссии по затронутым темам крайне необходимы сегодня российскому обществу, собственно как и рассекречивание всех архивов. Во-вторых, уже в самом начале исследования, когда авторы пытались собрать интервью у немногочисленных носителей информации, оказалось, что как раз в этот момент одни были в отъезде в поисках своих погибших на войне родителей (например, Мигран Аракелян искал могилу отца в Крыму), другие вот-вот собирались отправиться в путь (Айкануш Делигевурян обнаружила в рассекреченных данных в интернете зацепки для доподлинного установления места захоронения своего отца). В-третьих, многие тезисы исследования вписываются в канву жарких дебатов вокруг роли советского народа в победе над фашизмом и, одновременно с этим, оценки политической деятельности Иосифа Сталина. Тем самым память о прошлом стала как-то ощутимо тормошить настоящее и это не простой знак.

  • 72 Нация без прошлого – говорил британский историк Эрик Хобсбаум – это логическая несообразность. Ибо (...)
  • 73 S. Golunov, Patriotic Upbringing in Russia Can it produce good citizens? Op. cit.

93 Так или иначе, после распада СССР Россия столкнулась с проблемой престижного прошлого72. Последние три десятилетия россияне попеременно или одновременно переживают самые различные грани кризиса идентичности. Для преодоления суммы кризисов самотождествления внутри страны правительство готово пойти на всё, вплоть до конфронтации с Западом, поскольку память о ВОВ выступает как основной символ этнической идентичности и гражданской консолидации. Очевидно пока то, что политики федеральных институций в отношении идеологий, связанных с ВОВ, направлены на выпестовывание российской идентичности на новом, точнее, старом советском основании - гордость за победу в ВОВ, былое величие СССР и ее правоприемницы России. В этом направлении делается очень много: от призывов вместе противостоять «фальсификации, искажениям истории» до помпезного, почти в советском стиле, празднования 60-летия Победы в 2005 г.; от парада вооруженных сил, включая бывшие республики в 2010 г. до ежегодных майских поездок В. Путина и Д. Медведева в город Волгоград (бывший Сталинград); от дорогостоящих интернет-акций до выделения 25,6 миллионов долларов на третий раунд программы «Патриотическое воспитание российских граждан в 2011-2015 гг.»73 и много другого.

94Все эти меры имеют незамедлительные плоды. Только один из намеков на консолидацию на базе памяти о ВОВ: с этого года в российских городах ездят машины с изображениями георгиевской ленточки, гвоздик и надписью на стеклах «Спасибо деду за Победу».

95Вместо заключения. Агоп Касумян: Мы узнали о Победе. В 1945. Клуб, школа были разрушены. Дома свои люди восстановили, а до клуба руки не доходили... Памятник «Павшим в боях в ВОВ», что в с. Гойтх, открывали всем селом. Останки наших красноармейцев собирали со всех окрестностей и сносили в одно место. И никто не уклонялся от этого. Потому что в каждой семье были отцы, сыновья, которые воевали где-то, и, может быть, их останки тоже собирали и предавали земле. В мае 1945 Кивор Чамян работник райисполкома Армянского района приехал на лошади к нам на хутор. Синекер Касумян был учителем и собрал всех. А мальчикам, ну юношам, дали оружие. Кивор Чамян прочитал доклад о Победе, говорил долго и уже не знаю о чём, но мы стояли завороженные, счастливые. Потом нам разрешили всем вместе выстрелить вверх, в воздух - это был салют и мой первый выстрел из ружья. Потом нам дали лошадь, и мы должны были поехать в Терзиян и Алтубинал, сообщить о Победе.

96Геворг Валерджян: Да вот, хочу сказать, как немцы ушли, мы всю ночь не спали. Женщина (Гоар) закрыла все двери, окна позавязала. А потом в окна стучат уже к утру и говорят по-армянски: «менкенк, Советаган панаг» (с амш.: Это - мы, Советская армия). Хочу сказать, что большинство солдат, которые были в нашем селе после немцев, были армяне. И будёновские войска проходили. Вообще, разные были - русские, армяне, азербайджанцы... грузинов помню, они ещё «кацо, кацо» говорили. Наши, помню, шли в ушанках, со звёздочками, в фуфайках, а мы как радовались - бежим им навстречу, кричим: НАШИ! НАШИ! И нам было все равно кто – советские, значит наши, и всё!

  • 74 Аракелян Асмик, 8 мая 2011, г. Туапсе.

97Асмик Аракелян: В Терзияне был табаководческий колхоз. Председатель колхоза, бабушкин брат Арутюн Калустович Валерджан добровольцем ушел на фронт. Перед уходом он попросил бабушку (свою сестру): «забери моих детей, сохрани их. Я все равно не вернусь с фронта...». В результате бабушка собрала детей... 13 человек в семье... Очень трудно жили. Сантик и Володя взорвались на минах в 17 и 18 лет, в Перевальной74.

98И все-таки, почему спустя более 60 лет информанты помнят войну? Сложилось впечатление, что и при желании они забыть об этом не могли бы. Сам ландшафт Туапсинского района напоминает сложнейшие изгибы этой травматической памяти. Светлана Делигевурян: Гора, видишь вон, почему называется Индюк ты думаешь? Похоже на голову индюка? Нет. А до войны, отец говорит, очень была похожа. В войну побомбили её и всё. Остается только гадать, почему же Индюк. Мария Маргосян: Пошла в лес за грибами и на Пойразьяне нашла автомат «шмайсер». Он уже негодный был... До сих пор очень многие находят. Ящик с боеприпасами муж нашёл – целый арсенал. Мины, все прочее. Дорогу-волок делали и тоже наткнулись... всего находят в лесу полным-полно. Все негодные. Приезжают мчс-ники и забирают. А я им и говорю – а один я вам не дам [противотанковый патрон]. – Зачем тебе? - спрашивают. – Корове колокольчик хочу сделать – говорю... (смеётся).

  • 75 В книгах одного из местных специалистов по истории войны лишь однажды упоминается женщина по имени (...)

99 Все участники исследования считают, что в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. армяне, проживавшие в пределах СССР, наряду с другими советскими народами вложили свой посильный вклад в дело победы над нацистской Германией. Часть из них с сожалением отмечали, что в российском публичном дискурсе (как в федеральном, так и в локальном измерении) имеет место игнорирование роли не-русских (этнических меньшинств) в победе над нацистами. Анализ последних краеведческих и других публикаций по теме, проделанный авторами, обнаружил амбивалентность в оценке этого участия, если ни умалчивание75. Источники более раннего, советского периода критике не подвеграются ввиду того, что в СССР проводилась политика нивелирования этнических общностей и конструирование единой общности – советский народ. Примечательно то, что параллельно с этим, на стенде в кабинете истории в туапсинской школе рядом с гимном Краснодарского края крупными буквами начертаны директивы, прописывающие продвижение локального знания («разносторонние знания о малой родине») в ключе, который будет содействовать взаимопониманию и сотрудничеству между людьми различных этнических групп. Кроме голословных лозунгов, был, правда, один достойный упоминания пример движения «сверху-вниз» (региональная власть - этноменьшинства): представителям этнических общин предложено написать «свою» историю «себя» в крае. Ожидается, что текст будет инкорпорирован в школьные учебники по локальной истории - «История Кубани».

Top of page

Notes

1 Источниковую и методологическую основу исследования составили интервью с информантами (28), беседы с работниками музеев (9), ученых-экспертов по ВОВ (3). Авторы сердечно благодарят всех участников исследования, а также выражают признательность за критические замечания культурному антропологу Колесову Владимиру (Кубанский государственный университет, Краснодар) и историкам Мие Накачи и Дэвиду Вулфу (ЦСИ, Саппоро, Япония). Обработка полевых данных была возможна благодаря грантовой поддержке Центра славянских исследований, университет Хоккайдо, Саппоро, Япония. Авторы также благодарят многочисленных анонимных рецензентов за полезные замечания и критику.

2 Авторы признают возможные погрешности, по всей вероятности имеющие место в связи с некоторым смешением понятий «детская память» и «нарративы о детстве». Точне сказать, речь идет о возможной разнице и збкости границ между детскими нарративами и нарративами взрослых об их детстве. В этом смысле «наивность» настоящих текстов от первых лиц могут, бесспорно, ставится под сомнение. Воспоминания участников исследования могли наслаиваться на рефлексии и обсуждения более позднего периода. Таким образом, не исключается влияние различных параллельных риторик, в том числе кинематографа, литературы и, в целом, официальных дискурсов советского и постсоветского периодов. Иллюзорность сбора «чистых» фрагментов «индивидуальной» памяти из-за постоянного взаимодействия информантов с официальными версиями войны авторами осознается в полной мере.

3 Например, на конференции в г. Минск, Беларусь, осень 2004 г. (Центр гендерных исследований, ЕГУ), одна из участниц высказалась следующим образом: «Не забывайте, что мы, русские, освободили мир от фашизма…». Комментарии из зала об участии других народов были проигнорированы (Н. Шахназарян была участником конференции). 16 декабря 2010 г. в прямом эфире на вопрос лидера байкерского клуба Александра Залдостанова об оценке участия украинцев в ВОВ («…Мы вряд ли в этой войне победили бы, если были бы разными государствами…») Владимир Путин ответил: «…Мы все равно победили бы, потому что мы – страна-победитель. Наибольшие человеческие потери понесла РСФСР…» (под грохот аплодисментов). См.: http://www.youtube.com/watch?v=B1yiaQ-Z-84 «Без Украины Россия все равно бы победила в ВОВ» дата последнего просмотра: 25.01.2013.

4 Эти вопросы обсуждались в 2008 г. на региональной конференции в Волгоградском унивеситете, организованной профессором истории Иваном Куриллой.

5 Федеральный закон «О почетном звании РФ «Город воинской славы», подписанный Владимиром Путиным в декабре 2006 года, продолжил прерванную распадом СССР традицию награждать особо заслуженные населенные пункты званием «Город-герой». Его претворение в жизнь призвано придать новый стимул в воспитании у граждан России гордости за героическую историю Отечества, славные боевые и трудовые традиции народа и Вооруженных сил. ИТАР-ТАСС 6 мая 2008. See also: S. Golunov, Patriotic Upbringing in Russia: Can it Produce Good Citizens? Ponars, 1991, http://www.gwu.edu/~ieresgwu/assets/docs/ponars/pepm_161.pdf

6 . А почему так важно было получить это звание? – Дело не в бонусах, конечно, это совсем небольшие дополнительные вливания в городской бюджет [из федерального]. Гораздо важнее то, что марка появилась, это будет способствовать туризму. К тому же, это несправедливо – туапсинцы пять месяцев грудью стояли, когда в Ростове с хлебом-солью немцев встречали... (С. А. Жмайлова, работник историко-краеведческого музея им. Полетаева, г. Туапсе, 9 мая 2011 г).

7 Об этом сообщает ИТАР-ТАСС: Путин назвал пять новых «городов воинской славы» 6 мая 2008. В «Городах воинской славы» устанавливаются стелы с изображением герба города и текстом президентского указа о присвоении звания, проводиться публичные мероприятия и праздничные салюты 23 февраля - в День защитника Отечества, 9 мая - в День Победы и в День города.

8 Согласно Закону Краснодарского края от 14.12.2006 № 1145-КЗ.

9 Аршак Валерджян, председатель армянской общины (Туапсе 5.07.2010): «Есть проблема. Когда освещают события ВОВ, об армянах не говорят. На конференции «Вклад кавказских народов в ВОВ» нам слова не дали. Я подходил, просил слова – нет, не дали. Мне нужно было пять минут. Хотел сказать, что было село Мопут (Пляхо сейчас называется) – там жили всего 24 семьи и из них 42 человека ушли на фронт, то есть по два человека от каждой семьи. Еще хотел сказать – село Кушинка, сейчас к Апшеронскому району относится, – там жили два брата Парталяны из их семей 14 братьев ушли на фронт и только один вернулся. В Тупсинском районе было пять партизанских отрядов почти в основном из армян. Самый главный – отряд Малхасяна. Это я хотел сказать».

10 . Амшенские армяне – локальное подразделение этнических армян, переселившихся на территорию Российской империи из восточной Анатолии Османской Турции (города, раположенные вдоль по берегу Черного моря: Трабзон, Хопа, Ризе) до и после 1915 г. Представители группы говорят на своем уникальном диалекте. Существуют и другие черты, различающие образ жизни амшенцев от мейнстримной армянской культуры. Ближе всего в культурном отношении амшенские армяне к хемшилам (исламизированная армяно-говорящая группа). Однако последние не разделяют общей идентичности, то есть не ассоциируют себя с армянской культурой.

11 Буквально в переводе с арм. «камень-крест», один из самых мощных символов армянской культуры и идентичности.

12 Гречко А.А. Битва за Кавказ. Изд. 2-е. M.: Воениздат, 1973. http://www.e-reading.org.ua/bookreader.php/16484/Grechko_-_Bitva_za_Kavkaz.html

13 В последней четверти XX в. в академическом поле мирового антропологического сообщества развернулась дискуссия, установившая факт “кризиса репрезентации”. Речь идет о критике т.н. классификационного холизма классической этнографии. Эта критика не означала полного отказа от попыток реконструкции целого, но лишь то, что гуманитарные (социальные) науки «столкнулись с необходимостью воображения иных целостностей, потенциально более богатых, чем элементы классической классификационной сетки». См. подробнее: Writing Culture. The Poetics and Politics of Ethnography, J. Marcus (Ed.), Berkeley, Los Angeles, London. 1986. Критика фиктивности (в смысле домысленности, придуманности автором) целого и призыв сменить стратегию репрезентации прозвучали отнюдь не на пустом месте, но на основе антидоктринальных разработок Михаила Бахтина, Ролана Барта, Жака Деррида. Под доктринальностью, в данном случае, подразумеваются отвлеченные теоретические положения, образующие завершенную систему, вместо того, чтобы “иметь дело только с популяцией рассеянных событий”. См.: М. Фуко Дискурсивные закономерности/ в кн. Археология знания. СПб: Издательский Центр Гуманитарная Академия. 2004. С. 63. В связи с этим, в настоящем исследовании производство целостного текста не является приоритетом не только в контексте эпистемологических трендов, но и по факту того, что основной источник исследования – это многократно отрефлексированные в процессе дальнейше жизни, пролонгированные, отложенные воспоминания обычных людей, на то время детей. Именно поэтому ключевым понятием исследования можно считать скорее воспроизводство репрезентациий, нежели чем конструирование истории как последоваетельной цепочки событий. Отсюда «рваность» и полифоничность текста, отсюда сохранение пунктуации и орфографии самих рассказчиков, отсюда предоставление бОльшего текстуального пространства нарраторам, нежели авторам.

14 Один из образцов «наивного» общения с властью присьмо сельского учителя И. Сталину: Многие знали, предполагали, что Германия нападёт на СССР. Я из семьи сельской интеллигенции, мой старший брат - учитель - писал о своих догадках по поводу войны самому Сталину, но письма с ответом не получал. В 1939 году его забрали в армию, а в 1941г. он должен был уже вернуться. Ему хотели присвоить офицерское звание, но брат сказал, что он учитель и служил простым солдатом. Звали моего брата Епрем Абрамович Касумян. В 1944г. он пропал без вести в боях под Берлином (Агоп Касумян).

15 В этом мы убедились также, имея дело с воспомнаниями о военном детстве людей, переживших более поздние драмы времен постсоветских этнических войн и локальных конфликтов (Абхазия, Нагорный Карабах).

16 Они таковы, что несколько подразделений заблудились в лесу: «Командир полка Грачев отдал приказ выбить противника с шоссе у перевала Елисаветпольский. Противника там не оказалось. Подразделения на обратном пути заплутали (уже была ночь) и нарвались на страшный огонь противника. Много полегло той ночью...». Пятигорский Э.И. «ТИКМ. Воспоминания Степанова». Указ.соч. С. 191.

17 «В боевых действиях, не имея фронтового опыта вообще, опыта боев в горах в частности, наши воины приходили в замешательство, когда немцы открывали по ним огонь из автоматов разрывными пулями, да еще длинными очередями. Пули разрывались над головами и позади бойцов, коснувшись деревьев. Это шумной канонадой заполняет Пшишскую долину. Создается впечатление, что враг обошел нашу оборону и стреляет в тылу наших подразделений. Слабонервные проявляют психологическую неустойчивость». Там же. стр.219

18 Георгий Баладян рассказал историю Языджян Гарабета, который скрывался в лесу со времен Гражданской войны. Вот кто хорошо знал лес. Только зимой приходилось уходить на юг, в Сванетию, а потом возвращался... А в войну его немцы поймали. Ты кто? Партизан? – «Я бандит» – отвечал он. Но немцы не поверили, били. Кто бы поверил. Сбежал он от них... (интервью от 09.06.2011)

19 Парталян Вачик Абрамович 1927 г.р., Армянский р-н село Кушинка. Интервью от 30 мая 2011, с. Мессожай, Туапсинского р-на.

20 «В июле 1942 г. Туапсе на несколько месяцев становится «столицей» Черноморского флота, а потом и партийной «столицей» Краснодарского края». Пятигорский Э. Роль Туапсе...С. 8.

21 Пайлаг Каракян тоже сакцентировал свое внимание на сочувствии к животным, назвав нижеприведенный эпизод со времен войны самым запомнившимся: Казаки, помню, были - красивые, усатые, на лошадях. Привязали лошадей и начали кушать. А тут бомбежка. Казаки быстрее в лес, лошади привязаны. Так мне их было жалко. Знаешь, к человеческой смерти я тогда уже привык, а вот лошадей мне стало жалко… потому что они убежать даже не могли, привязаны были.

22 «Издан приказ о сборе теплых вещей, но вещи еще не собирались. Население, большинство, теплые вещи припрятывает». (Из агентурных сводок партизанской разведывательной группы отряда «Боевой» Ивановского района 30 октября 1942 г. ЦДНИКК. Ф. 4375.Оп. 1. Д 1. Л.85 – 90.) с. 262.

23 Хачатурян Андрей Овсепович 1925 г. р., с. Островская Щель. Интервью от 15 мая 2011, станция Гойтх.

24 В 43 году мать привезла из Сочи три конфетки (нас было три тогда, одна сестричка умерла с голоду). Младшая проглотила конфетку и плакала. Старшая сестра пожалела и отломила ей кусочек... (Геворг Валерджян).

25 Однако одному из авторов встречался анекдот из разряда «черный юмор», который мог бы оспаривать такую точку зрения. Шутка воспроизводилась на арм. языке: «Вернулся муж с фронта – обнял плачущую жену. Потом осмотрелся, а за столом сидят не четверо (как было, когда он уходил на фронт), а пятеро детишек». Он гневно к жене: - Откуда взялся этот ребенок, что ест йогурт (madzun – amsh. аrm.) вместе с детьми? Жена растерянно: - К чему так сердиться. Ну, подумаешь, ест йогурт – разве нам жалко йогурта для дитя?»

26 Свидетельство не совпадает с историческими событиями.

27 Специалисты считают, что амброзия наряду с колорадским жуком, появились в крае в 1960-е гг.

28 Интересен тот факт, что у некоторых информантов немцы идентифицировались с турками. Объяснить это можно тем, что почти все амшенские армяне (равно как и, в общем, армяне Черноморского побережья) бежали в Россию в 1915 г. в результате геноцидальных преследований в Османской империи. Точно также как собственно Армянская ССР стала «республикой беженцев» из-за сотен тысяч спасшихся от тотального уничтожения людей в той же Османской империи. Таким образом, память о турецком геноциде удивительным образом сопоставляется и пересекается с советской памятью о войне против Германии. Возможно, эти переплетения в индивидуальной памяти не так уж и безосновательны. Один из авторов заметила в доме информанта книгу с закладкой. Генри Моргентау «Трагедия армянского народа. История посла Моргентау» (1918). «600 тысяч представителей этого народа были уничтожены и, возможно, речь идет о миллионе». Американский посол в Турции, описывает геноцид армян как сотрудничество Турции и Германии. Россия же (как и СССР, за редким исключением) никогда не блокировалась с Турцией. Более того, в советском Кремле, по большому счету, закрывали глаза на ежегодные шествия к мемориалу геноцида армян 24 апреля, в день народного траура и поминовения жертв турецких преследований. Тем самым, геноцид армян 1915 г. Фактически косвенно признавался. В 1965 г. было также разрешено строительство мемориального комплекса его жертвам на холме Цицернакаберд в Ереване - событие для советских времен, в общем, из ряда вон выходящее. (Последний факт, между прочим, примирил дашнаков с коммунистами, люто схлестнувшихся в гражданской войне в самом начале 1920-х гг.). Мемориальный комплекс представляет собой 44-метровую стелу, глубокий разлом от основания до пика делит ее на две части и символизирует разделенный армянский народ (Армения и диаспора). Рядом со стелой установлен конус, сконструированный из двенадцати каменных плит. В центре конуса, на глубине 1,5 метров горит вечный огонь (архитекторы С. Калашян, В. Хачатрян). Мемориал был установлен в течение двух лет после одобрения проекта, но дополнительные работы, включая Музей армянского геноцида, ведутся до сих пор.

29 Эта история фигурирует также в сборнике советских анекдотов. Тут снова можно развивать идею о том, как соотносятся между собой личная и коллективная память. Являясь еще одной яркой иллюстрацией того, как индивиды часто обращаются к «коллективной памяти» и черпают «коллективные истории». Последние, скорее, лучше аргументируют то, что они хотят сказать, чем отражают конкретный опыт, который они пережили. См.: L. White, Speaking with Vampires: Rumor and History in Colonial Africa, Univerity of California Press, 2000.

30 ЦДНИКК. Ф. 4373. Оп. 1. Д. 35. Л. 62-66. Цит. по: Хрестоматия по истории Кубани. Мин. Образования РФ. КубГУ. Краснодар: Периодика Кубани. 2009. с. 261.

31 Специально для данного исследования интервью от 12 июля 2011 г. взяла Мария Ченоварьян.

32 По-видимому, речь идет о солдатах немецкой армии, которые были, скорее, носителями чешского или словацкого языков (в отличие от немецкого, на обоих языках еврей звучит как жид žid).

33 В 1989-1990 гг в Баку азербайджанские радикальные националисты применяли те же практики, чтобы маркировать армян. Проводили те же лингвистические тесты, менялись только проверочные слова и акторы социального действа; те же демонстрации гениталий спасали, на сей раз, евреев. Подробнее см.: Nona Shahnazarian with Lale Yalcin-Heckmann, “Experiencing Displacement and Gendered Exclusion: Refugees and Displaced Persons in Post-socialist Armenia and Azerbaijan”, 2010 (www.caucasusedition.net).

34 «Со взрослым мужским населением было попроще, простите за интимную подробность... но это был сложный вопрос, ведь были группы которые просто по религии иудеи были. Там какие-то сложные доказательства приводились. Ведь, например, к крымскому населению они тоже лояльно относились. Немцы удивлялись, как это так – арии ходят в синагогу. Татары были, караимы...» Алексей Чернышов, работник музея им. Фелицына, г. Краснодар.

35 «Филологические тесты - явление общее и не только евреев этому подвергали. Чтобы отличить русского от украинца требовали проговорить слово «полянытя» (укр. белый хлеб)» А. Чернышов, работник музея, Краснодар. В раннем постсоветском Азербаджане пожилых армян распознавали по трудностям с произношением буквы «ф», которая куда позже была включена в армянский алфавит. Поэтому пожилое население призносило «п» с придыханием, вместо «ф». «Проверочным» словом азербайджанских национал-экстремистов было слово «фындых» (в пер. с азерб. лесной орех).

36 Курьезы, связанные с языковой малокомпетентностью не раз случались и до войны. «Рассказывают, что приехал в село агитпроповец, разъяснять, что такое коллективное хозяйство. Повесил свою новенькую кожанную куртку на сук и стал толкать свою агитречь. Понимали, в общем все это не многие. Спрашивали у тех, кто хоть что-то понимал – Что вещает? (Inch gase?) – Тот перевел: говорит, при колхозе, как при коммунизме – все общее, все мое – твое, все твое-мое. Пастух послушал, послушал и... преспокойно снял с сука и забрал его куртку, а свою грязную фуфайку повесил на ее место... и погнал скот на самые дальние пастбища – ищи его там, свищи...» (Аршак Валерджян).

37 Туйлян Гарапет Агаронович 1927 г.р. – фактически 1925 г. р., c. Гойтх 8 мая 2011.

38 С. Б. Акулова-Пивоварова, музейный работник, г. Туапсе..

39 Алексей Безугольный / Aleksei Bezugol’nyi , «Кавказские национальные формирования Красной Армии в период обороны Кавказа в 1942 г.», The Journal of Power Institutions in Post-Soviet Societies [Online], Issue 10/2009, Online since 07 décembre 2009, connection on 09 avril 2011. URL: http://pipss.revues.org/index3724.htm Более подробно о трудностях межнационального общения и боеспособности кавказских национальных формирований см. у него же в кн.: Безугольный А.Ю. Народы Кавказа в вооруженных силах СССР в годы ВОВ 1941-1945 гг. М. 2005.

40 «Оборона Туапсе в годы Великой Отечественной войны». стр. 38. Туапсинский историко-краевеческий музей им. Н.Г. Полетаева. Из архивов и фондов музея.

41 При написании параграфов о партизанском движении в Армянском районе использовалась рукопись и другие данные, собранные учителем истории школы №3 поселка Октябрьский Суслиным А.Ф.

42 Немецкому мемуаристу Вильгельму Тике приписывается фраза: «Прибежали волосатые дядьки, которые нас согнали с гор». Вильгельм Тике «Марш на Кавказ». Цит. со слов работника музея Обороны Туапсе С. Акуловой-Пивоваровой.

43 Валерий и Александр Харченко, Алексей Кистерев Партизаны... в нашем тылу. Глава 4. в кн. «Между Илем и Шебшем». Краснодар 1993.

44 Светлана Борисовна Акулова-Пивоварова, сотрудник музея Обороны Туапсе. 1975 гр, г. Мурманск.

45 Участниками исследования описаны хитрости, которые позволяли избежать призыва на фронт. Список этих трюков не великий, но впечатляющий. Например, употребление внутрь хозяйственного мыла вызывало все признаки дизентерии; вдыхание измельченного стекла вызывало кашель с кровью – признак открытой формы туберкулеза; протыкание зрачка химическим карандашом, вызывало дефект, освобождающий от службы в армии; самострел мягких тканей (по свидетельствам информантов и работников музеев).

46 Интервью от 30 мая 2011, с. Мессожай, Туапсинского р-на. Парталян Вачик Абрамович 1927 г.р., Армянский р-н село Кушинка.

47 «383 стрелковая дивизия. С утра дивизия во взаимодействии с партизанами ведет наступление с задачей овладеть хуторами Червяково, Белая Глина и двумя высотами – г. Белая и г. Лысая». Пятигорский Э. С. 111. Из донесений 383 сд. «Второй батальон полка двумя стрелковыми ротами и ротой автоматчиков во взаимодействии с партизанским отрядом захватил безымянную высоту, что в километре хут. Червяково». Там же. стр.133.

48 Пятигорский Э. И. История – это то, что было... стр.114.

49 Пятигорский Э. И. История – это то, что было... 1942. Туапсинская оборонительная операция. Хроника, факты. Размышления, комментарии и версии краеведа. Туапсе. 1992. с. 114.

50 Пятигорский, указ. соч. с. 113-114.

51 Жинкин А., Паламарчук О., Кубань: история, культура, курорты и туризм. Изд. 2-е. Краснодар 2003. с. 67.

52 Кубань в годы ВОВ 1941-45 К. 2000. с. 459.

53 Журавлев Е. И. Гражданский коллаборационизм в годы немецко-фашисткой оккупации (1941–1943 гг.): на материалах Юга России. В кн.: Юг России в ВОВ: тропы памяти. Сб. научных статей. Краснодар. 2011. с.129-130.

54 Под таким названием телекомпания «Шант» сняла фильм, в котором представлена версия о предполагаемом походе Сталина на Турцию в наказание за ее пакт с Гитлером. См.: Еркрамас. Газета армян России № 05 (195), май-июнь 2011. с. 13.

55 Боевой путь 89-стрелковой Армянской Таманской орденов Красного Знамени, Кутузова II степени, Красной Звезды дивизии. 1942-1945 гг. Сборник документов и материалов под ред. А.О. Арутюнян. Вестник архивов Армении. Ереван. 1985.

56 Пятигорский Э. Роль Туапсе... С. 13.

57 Гречко А.А. Битва за Кавказ. Изд. 2-е. M.: Воениздат, 1973. Предисловие. http://www.e-reading.org.ua/bookreader.php/16484/Grechko_-_Bitva_za_Kavkaz.html

58 Гречко А.А. Битва за Кавказ. Ibid. Глава 2. В предгорьях главного Кавказского хребта. http://www.e-reading.org.ua/bookreader.php/16484/Grechko_-_Bitva_za_Kavkaz.html

59 «Мы плохо заботимся и о своих ветеранах войны. Житель села Елань-Колено Воронежской области Василий Засорин в канун Дня Победы отправил свои ордена и медали главе правительства. Награжденный орденом Красной Звезды, орденом Отечественной войны, медалью "За отвагу", медалью "За взятие Кенигсберга", медалью "За победу над Германией" ветеран последние 50 лет проживает в обветшалом домишке, в котором нет ни воды, ни газа, ни отопления, ни канализации. Это один из красноречивых примеров невнимания, неуважения, забвения по отношению к Солдатам Победы». Об инцидентах, произошедших 9 мая во Львове, и о российских реалиях (Заявление Московского бюро по правам человека) http://antirasizm.ru

60 9 мая – советский День Победы, 23 августа – день поминовения жертв коммунизма и нацизма в ЕС, 24 апреля – день поминовения жертв геноцида для армян всего мира, 21 декабря – день завершения ТОП для адиминистрации города Туапсе

61 E. Ardener 'Remote areas': some theoretical considerations. In: Anthropology at home, A. Jackson (Ed.). London, Tavistock, 1987. с. 49-50.

62 Пьер Нора (1999). Эра коммемораций. В кн.: Пьер Нора, Мона Озуф, Жерар де Пюимеж, Мишель Винок "Франция-память" Издательство Санкт-Петербургского университета, СПб.

63 Например, в Армении и Нагорном Карабахе события 1989 (которые так и назывались «события», с претензией, что все знают о чем речь) практически полностью вытеснили дискурсы о ВОВ, но наоборот пуще прежнего активизировали нарративы о массовых убийствах армян в Османской Турции в первую мировую, потому что виделись событиями одного порядка. В настоящее время эти два мощных и могущественных символа, плотно засевших в памяти армянства, в определенной мере задают тренды не только (гео)политики, но и самой жизни.

64 M. G. Cattel, J.J. Climo, “Meaning in social memory and history: anthropological perspectives”, in: Social memory and history. Anthropological perspectives, J. Climo and M. Cattel (Eds), Walnut Creek, Altamira Press, 2002, pp. 3-7.

65 Ферро, Марк Как рассказывают историю детям в разных странах мира. М. Высшая школа. 1992. с.120.

66 Шнирельман В. А. Войны памяти: мифы, идентичность и политика в Закавказье."Издательско-книготорговый центр Академкнига" М. 2003; Шнирельман В. А.Быть аланами. Интеллектуалы и политика на Северном Кавказе в XX веке. М.: НЛО, 2006.с. 531-533.

67 Edelman (1987) цит. по: Шнирельман В. А.Быть аланами. Интеллектуалы и политика на Северном Кавказе в XX веке. М.: НЛО, 2006.с. 532.

68 Хаттон П. Х. (2003) История как искусство памяти. СПб. Изд-во Владимир Даль.

69 Некоторые ученые различают образы прошлого, существующие в сознании, и профессионально написанную историю (M. Halbwachs, The collective memory, NY Harper & Row, 1980; J. Plumb, The death of the past, Boston, Houghton Mifflin Company, 1970; B. Lewis, History: remembered, recovered, invented, Princeton University Press, 1975.

70 S. Golunov, Patriotic Upbringing in Russia Can it produce good citizens? Op. cit.

71 В. Шнирельман вводит этот термин при анализе этнических конфликтов на Кавказе: армяно-азербайджанский, грузино-абхазский и грузино-осетинский.

72 Нация без прошлого – говорил британский историк Эрик Хобсбаум – это логическая несообразность. Ибо нацию делает нацией именно прошлое...

73 S. Golunov, Patriotic Upbringing in Russia Can it produce good citizens? Op. cit.

74 Аракелян Асмик, 8 мая 2011, г. Туапсе.

75 В книгах одного из местных специалистов по истории войны лишь однажды упоминается женщина по имени Аршалуйс (без упоминания фамилии), которая в горах под Горячим Ключом выхаживала раненых советских солдат и патризан.

Top of page

References

Electronic reference

Нона Шахназарян / Nona Shakhnazarian, Алефтина Аракелян / Aleftina Arakelian and Светлана Делигевурян / Svetlana Deligevurian, « Амшенская деревня в годы Великой Отечественной войны: без идеологических купюр [Hamshen Villages during the years of the Great Patriotic War : Without Ideological Cut] », The Journal of Power Institutions in Post-Soviet Societies [Online], Issue 14/15 | 2013, Online since 25 May 2013, connection on 26 March 2017. URL : http://pipss.revues.org/4025

Top of page

Copyright

CC BY-NC-ND 2.0

Top of page